Одесский журналист: евромайдан стоит и будет стоять еще очень долго (ВИДЕО)

 Политический кризис в стране нарастает. А это ставит нас с вами в положение, когда Одесса в нашем еженедельном разговоре снова отступает на второй план. Мне, конечно, не безразлично, что здесь произошло за последнюю неделю.

Но  самым важным все равно кажется то, что связано с киевскими событиями, с жизнью «Евромайдана», и я снова хочу объясниться в любви и глубоком уважении к тем моим землякам, которые нашли возможным совершить ряд десантов на «Майдан Незалежност1», помогая тем самым протестующим выстоять, доказать нерассуждающей, агрессивной власти, что началась и стала необратимой самоидентификация нации,  не желающей и дальше влачить жалкое существование быдла, на которое можно не обращать внимания, будто его нет и никогда не было на белом свете.

В течение всей недели, я, несмотря на то, что, как уже однажды докладывал, по состоянию здоровья, не мог отправиться в столицу, жил событиями «Евромайдана». У меня был постоянно включен компьютер, с онлайн трансляцией, по крайней мере, двух телевидений – «Експресс-ТВ» и «ГромТВ», которые давали отчетливое представление о том, что творится в сердце страны. И основной эмоцией, которая согревала меня все это время, было безграничное почтение к людям, стоящим перед сценой, на которой выступали главные действующие лица этой бескровной революции: простые украинцы, посланцы разных областей страны, а рядом – ученые, писатели, художники, музыканты; а  бок о бок с ними – оппозиционеры, три богатыря, как их здесь шутливо называют; другие политики – все, кто считал, что у них есть о чем потолковать с Майданом.  Сразу скажу, многие речи были по содержанию своему похожими одна на другую. Но впечатления  занудной монотонности не оставляли, ибо были пропитанными энергией,  восторженными, приподнятыми, так как народ в первый раз в истории независимой Украины почувствовал,  что перед ним открывается возможность провозгласить и реализовать те ценности, которые до того у нас лишь демагогически декларировались. Человеческое Достоинство. Права Личности. Демократия. Равенство всех перед Законом. Духовный Суверинитет. Эти слова слетали с уст выступающих на «Евромайдане» с такой силой, с такой убежденностью, словно именно здесь, сейчас, сию минуту закладывался краеугольный камень будущего страны.

Потом, с развитием событий, с появлением так называемого «Антимайдана», я много раз слышал о том, что «Евромайдан» заполонили проплаченные провокаторы; что эта публика, нарушающая покой окрестных жителей, несносна; что здесь царит антисанитария; что противоправный бунт следует как можно скорее подавить. Но каждая из этих уничижительных характеристик теряла всякий смысл для любого из тех, кто давал себе труд, хотя бы с помощью телевизора, побывать на этом уникальном бессрочном митинге. Первое, что навсегда врезалось в память – вдохновенные, взволнованные, полные безграничной веры лица людей, стоящих плотно сбитой массой перед сценой, на которой священнодействовала, осуществляя ночную вахту, ночной дозор божественная, другого слова я не подберу, Руслана.

Это был коллективный, многотысячеглавый портрет единомышленников; одержимых одной страстью, одной романтической мечтой, одной надеждой. Но, странное дело, они не казались ни нерасчленимым целым, ни конгломератом одинаковых сущностей. Будучи умноженными на коэффициент единства Майдана, они оставались в многоликой толпе яркими индивидуальностями. Это напоминало многофигурную композицию живописной классики, в которой каждый персонаж, кроме совсем уж удаленных от зрителей, почти сливающихся с фоном, наделен собственным характером, выделяющим его при внимательном изучении из роящегося многолюдства.

Так было и здесь. Руслана мягко ворковала – то призывала людей подвигаться, чтобы не замерзнуть,  учила их наиболее эффективным статическим упражнениям, помогающим быстро согреться; то заводила толпу, вовлекая в скандирование простых и очень важных для всех лозунгов «Майдан - е», «Банду Геть!», «Политвязням – волю», «Юле волю» и так далее; то, ежечасно, призывала всех к исполнению гимна Украины, который теперь мне кажется самым благозвучным и глубоким гимном на свете; то, приглашала к микрофонам священников разных конфессий, и гимн плавно перерастал в молитву, так органично и чисто, что невозможно было отделить одно от другого, отчего позднее, в последующие часы, гимн начинал звучать молитвой, а молитва – гимном Всевышнему.

Разве можно описанную картину сравнить с вакханалией «Антимайдана», начавшегося на Европейской площади в прошлую субботу и длящегося с переменным успехом до сих пор под стенами ВР, в Мариинском парке? Разве можно сравнить атмосферу «Евромайдана», с его высочайшим уровнем самоорганизации, целомудренностью, трезвостью, идеалами, с хмурой, натужной обстановкой в парке, где на снегу установлены армейские палатки и куда власти свозят дополнительными поездами с Востока и Юго-Востока шахтеров, врачей, учителей, студентов под угрозой увольнения или отчисления из ВУЗов? Это было бы таким же нелепым, как ставить на одну столешницу тарелки с ароматными борщами, гуляшами, супами, которые варят на «Евромайдане» повара-волонтеры, между прочим, из продуктов, принесенных или купленных сторонниками и единомышленниками-киевлянами, рядом с унылой гречкой и перловкой, сварганенными  на военно-полевых кухнях – все, на что хватило админфантазии. Остальное, видимо, было, по нашему обыкновению, разворовано. По крайней мере,  народ, свезенный в Киев властями для поддержки курса Янковича, жаловался на то, что с ним сполна не расплатились, однако, посоветовали голосов не поднимать, чтобы хуже не было. Вот так-то!

И эти люди, шахтеры, к примеру, которые тянут лямку за гроши; мрут, как мухи, потому что хозяева шахт плевали на технику безопасности, твердят заученно и скучно, что им не нужно в Европу, им, дескать, и тут хорошо, хотя всей их несчастной жизнью доказывается прямо обратное. Посочувствовать им я могу. Понять их -- нет. Мне никогда не одолеть загадки: почему некоторые из нас предпочитают перспективу оставаться рабами реальной возможности стать, наконец, свободными людьми.

Особенного напряжения мое дежурство у компьютера достигло в ночь, когда «Беркут» попытался штурмовать  «Евромайдан». Сначала все это показалось мне сущим идиотизмом, какой-то накладкой, случайным конфузом. Только что прошла бессмысленная, но демонстративная встреча за круглым столом четырех президентов. Логики в ней не было никакой. Три бывших главы государства, отнюдь, не оставили по себе светлых воспоминаний; были, по существу, лузерами. Лишь первый из них, Кравчук, мог похвастаться тем, что участвовал в историческом событии – был одним из тех, кто положил конец Советскому Союзу. Правда, потом он, породистый партийный лис, вспомнил о себе и распродал, уничтожил Одесское Черноморское пароходство; совершил много иных скверных, безнравственных поступков, но к ликвидации бывшей империи руку, все-таки, приложил. Остальные же славны: один – делом Гонгадзе; опять-таки, пароходским коллапсом и народным восстанием под  девизм «Украина без Кучмы»; второй же – изменой собственному народу, поскольку предал все его чаяния и надежды; утопил дело становления нации в бесконечной, никому не интересной болтовне.

Но, как бы то ни было, Янукович этих мудрецов собрал, чтобы показать пребывающим в это время в Киеве  главе европейской дипломатии госпоже Кэтрин Эштон и заместителю госсекретаря США госпоже Нуланд свою толерантность, готовность куда-то двигаться, что-то решать. Однако той же ночью – и это уже вовсе вне моего понимания – дал согласие (в том, что это сделал именно он, нет никаких сомнений, ибо у нас ничего не происходит без соизволения  подогнавшего под себя Конституцию Президента) на ликвидацию оппозиционных баррикад, освобождение от блокады правительственного квартала и зачистку «Евромайдана». В драматическом контексте безжалостного избиения студентов, из-за чего всколыхнулись Европа и Америка, и только слепоглухонемой Путин, посверкивая  всевидящими сквозь моральные бельма глазками, квалифицировал это  событие антитеррористической акцией, новое наступление «Беркута» на мирных граждан привело к тому, что теперь многосоттысячный Майдан встал уже не за евроинтеграцию, а за народ. Потребовал от Януковича, чтобы тот протер глаза и прочистил уши.

        То, что творилось в ту страшную ночь – с часа до пяти утра – я тоже никогда не забуду. Черная, яйцеголовая масса до зубов вооруженных, лишенных  за одинаковыми масками лиц, укрытых одинаковыми щитами людей, хекая и топая ножищами, ритмично наступала на затопивших улицы и площадь пикетчиков, выдавливая их оттуда, как пасту из тюбика. Никакие мольбы и воззвания к ним не приносили результата. Казалось, что за этим камуфляжем не живые существа, а  простейшие механизмы, которые понимают лишь элементарные команды и предназначены для выполнения примитивной работы по уничтожению противостоящих им препятствий.

У меня не было другой возможности реагировать на ход боевых действий иначе, чем короткими  репликами в Фейсбуке, которые могли бы объяснить друзьям в Америке, Германии, Польше, Канаде, других странах, что именно здесь творится, каждую минуту, каждую секунду, так как ситуация менялась просто на глазах. Потом многие мне написали, что это было похоже на сводки с театра военных действий. Когда  муравьиная туча подступила вплотную к баррикадам на «Евромайдане», когда они уже были в нескольких десятках метров от сцены, с которой, не уставая, ровным, умиротворяющим голосом Руслана  взывала к ним с просьбой успокоиться; подумать о том, что выполнение преступных приказов не обязательно; что они наступают на простых людей, которые собрались с целью мирной дискуссии, и если солдаты продолжат свою разрушительную миссию, им потом будет стыдно смотреть в глаза  матерям, -- когда эта инопланетная  протоплазма была готова выхлестнуться на площадь, ее остановили отряд самообороны Майдана, ветераны-афганцы, другие смелые и крепкие мужики и начавшие потоком прибывать на площадь так и не уснувшие в эту ночь киевляне. Причем их отпор был таким, что «Беркут» затанцевал на месте. К этому часу, учитывая, что уже развиднялось, спохватились и невидимые отцы-командиры; может быть, продрал, наконец, глаза и сам отец нации… Не знаю, как там было на самом деле, но милиции был дан отбой. Черная сила отползла назад, втянулась в переулки и сгинула без следа, оставив за собою отвратительные следы разрухи. И еще раз в то же утро, кто-то совсем уж тупой бросил «Беркут» на штурм здания КМДА, встретил бешеное сопротивление и снова отозвал окаченных водой из брандспойтов бойцов. А затем начался дипломатический спектакль.

Я не буду пересказывать всех известных вам обстоятельств общенационального круглого стола, где Януковичу, наверное, впервые за все время его рекетирского управления Украиной, вкупе с фантастически бездарным и хамоватым Азаровым, было сказано в лицо все то, за что он, если б мог, четвертовал бы любого из говорящих. И оппозиционеры, и представители церквей всех конфессий, и экс-президенты вынуждены были сообщить ему, что он завел страну в тупик и нужна полная перезагрузка власти, начиная с  наказания тех, кто повинен в избиении младенцев, библейском преступлении, перенесенным в наши дни;  освобождения всех, без исключения, политзаключенных и до отставки кабинета министров. Того же потребовали иностранные дипломаты. Того же пожелали от Януковича главы европейских держав; Госдеппартамент США; чуть позднее – американские сенаторы.

Вы полагаете наш президент начал действовать? Не тут-то было. Действовать стал Азаров. Сначала, подключив мощнейший админресурс, притащил в Киев «Антимайдан». А затем, выступая на этом альтернативном «Евромайдану» митинге,  умудрился сообщить о том, что в ЕС он решил не идти, поскольку там покровительствуют геям и лесбиянкам. Тем самым он снова продемонстрировал величайшую степень глупости, а европейской дипломатии дал право засомневаться в том, можно ли подписывать Соглашение об ассоциации  со столь консервативным правительством.

Чем же все это сегодня обернулось? Тем, что «Евромайдан» стоит и будет стоять еще очень долго. До конца января его поклялись не трогать, хотя с этих ребят станется – сегодня дал слово, завтра забрал. Тем, что сегодня Янукович должен быть в Москве, и какие бумаги он там подпишет, одному Богу известно. Если попытается вступить в Таможенный Союз, хотя и утверждает, что этого не предполагается, то совершит должностное преступление, ибо существует закон об основах внешней и внутренней политики страны, где сказано о нашем европейском выборе. Если нет, тогда что? Зачем туда собрался? Ведь ни одно из условий оппозиции все еще не выполнено. Азарова он отдавать не хочет, а в качестве виноватых в  избиении студентов назначил стрелочников – Попова и Сивковича с компанией.

А тем временем состоялись довыборы в Верховную Раду по пяти спорным округам. Чем они закончились? Скажу через несколько минут, после того, как приведу  два-три места из  моей переписки на ФБ с умным, чрезвычайно осведомленным в экономических проблемах другом, с которым мы постоянно полемизируем по поводу того, куда идти – в Евросоюз, в Таможенный Союз или вообще никуда. Думаю, он не будет против, тем более, что наши соображения им и мной уже были выставлены на всеобщее обозрение. Правда, имени его, цитируя, так сказать, по наитию, без разрешения, называть не стану. Уверен, он не обидится, тем более, что свои соображения уже обосновывал, и не раз, в серьезных и глубоких публикациях (кто интересуется подобными материями, тот вспомнит), а это – лишь стенографическое, популярное их изложение, как мне показалось, в данном случае уместное.

Он: «Единственный выход из внешнеполитического кризиса (а на самом деле, внутриполитического, базирующегося на коррупционно-экономическом хаосе) --- никуда не входить, ни в ЕС, ни в ТС. Объявить временный мораторий на принятие этого решения или объявить о внеблоковом геоэкономическом статусе и предложить стратегию создания свободной экономической зоны "от Лиссабона до Владивостока". И немедленно заняться внутренними политико-экономическими делами - поиском той правящей элиты, которая начнет реализовывать стратегию "опережающего" развития страны, с опорой на интеллектуальный потенциал, главные точки роста и наиболее перспективные направления подъема Украины. Прежде всего - в продовольственном комплексе, легкой промышленности, машиностроительном секторе, творческой и туристической индустриях. Нельзя открывать внутренние рынки для хождения иностранного капитала в эти сектора экономики, иначе окончательно станем трудо-сырьевыми вассалами ЕС, и прежде всего, Польши. Чего, собственно, они напористо и радостно добиваются. В Украине -- ПОКА ЕЩЕ -- громадный потенциал развития. И она, являясь пока пешкой на Великой шахматной доске, может пройти в ферзи или другую крупную фигуру. Поэтому, предложил бы девиз: "Украина начинает и выигрывает!".
 Такой подход поможет сфокусировать все страсти, эмоции, а главное, интеллект на решении, прежде всего, КАРДИНАЛЬНЫХ ВНУТРЕННИХ ПОЛИТИКО-ЭКОНОМИЧЕСКИХ проблем. Нужен ОБЩЕУКРАИНСКИЙ МОЗГОВОЙ ШТУРМ!»

Я: «Интересно полюбопытствовать, при всем изяществе общего рисунка, кто в стране, погрязшей в воровстве и коррупции, стал бы (даже если бы произошло абсолютно невозможное в данной ситуации, в социо-психологическом и юридическом смыслах, обретение внеблокового статуса) заниматься всем тем, что выше изложено? Система -- страшная сила. Она не даст сделать ничего из того, что угрожает ее существованию. Сначала систему нужно сломать. А с помощью России, где на Урале уже начались голодные бунты; где не знают, как быть с собственной мифической модернизацией, этого не сделать. Однако утопии важны. И эта в том числе. По крайней мере для того, чтобы их место не заняли антиутопии, у которых, в отличие от утопий, есть странное свойство материализоваться».

Он: «Предложить внеблоковый статус страны, с расчетом не расколоть ее до радостного появления подобающей власти, может любой правитель, даже тот, который не в состоянии заниматься более творческими и важными делами, а именно -- вопросами благоденствия украинского народа. Не думаю, что ради сиюминутной смены правящей элиты надо терять экономический суверенитет, а вслед за тем и государственную девственность. Ее потом не вернешь. Поскольку всему народу до чертиков обрыдло состояние дел в стране, правители будут непременно поменяны. Появится время найти достойного госдеятеля с правильной свитой, ибо свита делает короля. Не думаю, что надо лить воду на мельницу выгодоприобретателей со стороны ЕС. Разумеется, не стоит размахивать и "красной тряпкой" для немалого числа противников ТС. Как я уже писал, "главный выход из создавшейся ситуации - никуда не входить".

Я: «Думаю, вы всячески уходите от объективной оценки тех, кто сегодня правит бал. Они -- не любой правитель, который, быть может, и не совсем удачлив, но чьи проколы не связаны с идеологией циничного, наглого, агрессивного разграбления страны. Эта власть людей не видит вообще. Мы вне сферы ее внимания. Она не воспринимает нас даже как досадную мошкару, мешающую собирать грибы. Мы для нее не существуем. Они не в состоянии заниматься не только творческими делами, ведущими к благоденствию своего народа, но и вообще какими бы то ни было вещами за исключением набивания собственных карманов. По тому же принципу выстроена вся вертикаль власти. Свиты, которая могла бы компенсировать их жадность, у нас просто не существует. Воспринимать таковым даже кума Путина сегодня уже нельзя ни в коем случае. Его разъел вирус циничного стяжательства. А о самом карлике с черным поясом по самбо, который сейчас накручивает третий срок Ходорковскому, и говорить нечего. Он вообще вне нравственности. Вот и выходит, что, с одной стороны, -- Европа, отнюдь, не собирающаяся играть роль мамки, готовой вытирать нам сопли, однако, не только декларирующая, но и проводящая в жизнь принципы права, а с другой -- мутная Евразия, страна господ и рабов. Никуда не входить, по-моему, не выйдет. В таком случае лучше уж туда, где самый скромный и робкий из нас сможет потребовать к себе уважения. Туда, где даже правила дорожного движения основаны на приоритете конкретной личности. Ходорковский, между прочим, вывел пахана из себя, когда на втором процессе позволил себе утверждать, что есть на свете вещи, более важные, чем жизнь. Это -- честь и достоинство. Вот и я так думаю».

        Пожалуй, хватит. Наша дискуссия – отражение противоречивых умонастроений общества, которое нынешней властью заведено в цейтнот. Мы отвлеклись в момент, когда был задан вопрос, чем закончились у нас довыборы? Отвечу:   массовыми фальсификациями, с чем ЦВК не желает соглашаться. Сразу вспоминаются местные выборы 2010 года, на которых, пренебрегая волеизъявлением горожан, одесская ячейка партии регионов сгоняла под свои бело-синие флаги  студенчество и бюджетников, вбрасывала заранее заполненные бюллетени, подменяла протоколы избирательных комиссий с мокрыми печатями, чтобы усадить в кресло мэра своего выдвиженца, рукосуя Костусева. Чем это закончилось, вы знаете. Можно ли с этими функционерами от власти, которые, кроме второго срока для Януковича, по-прежнему ничего впереди не видят, заниматься преобразованием страны, ее экономики, культуры? Вряд ли.

Единственное утешение частного свойства -- на фронтон здания на Екатерининской площади, как по мановению волшебной палочки, возвращены сколотые Костусевым инициалы людей, которые вернули этот прекрасный архитектурно-планировочный ансамбль городу в первозданном виде: Руслана Серафимовича Тарпана и  Эдуарда Иосифовича Гурвица. Не правда ли, приятно?

Валерий Барановский
авторская программа "Отражения"
Одесса

    powered by CACKLE