Обозреватель из Одессы: продолжаются попытки повернуть течение времени вспять

 На нынешней неделе в трех республиках бывшего СССР отмечают событие, которое некогда определило историческую судьбу восточных славян. Отмечают как праздник, хотя введение христианства как

государственной религии в Киевской Руси связано с трудноразрешимыми проблемами современных Белоруссии, России и Украины.

ПРЕДАНЬЯ СТАРИНЫ ГЛУБОКОЙ

 Как праздник церковный День Крещения Руси не существует. Его нет в православном календаре (месяцеслове). До недавнего времени такого праздника не было также в государственных календарях, хотя «круглые даты» Крещения отмечались в Российской Империи (девятисотлетие в 1888 году) и в Советском Союзе (тысячелетие в 1988 году).

 Тем, кому историческое событие любого масштаба представляется ничтожным эпизодом вечной жизни, нет смысла придавать большое значение делам человеческим. Недаром в «Повести временных лет» под годом 6496 от Сотворения мира воздается должное не князю, а Спасителю: «Благословен Господь Иисус Христос, возлюбивший русскую землю и просветивший ее крещением святым».

 Впрочем, Великому князю Владимиру Святославовичу церковь впоследствии воздала по заслугам. Его причислили к святым, равным апостолам, хотя в земной жизни этот человек образцом христианина не был, а христианство в качестве государственной религии ввел по политиче-ским соображениям. Говоря современным языком, варяг искал для власти над славянами национальную идею. И нашел в Константинополе.

 В поисках этой идеи князь начал с того, что по всей подвластной территории собрал племенных идолов и выстроил на берегу Днепра языческий пантеон. Но «прихожане» Перуна не хотели поклоняться чужому Даждьбогу. И вышел конфуз. Тем больший, что среди окружения, ближайших родственников князя и простых жителей было много христиан, отвергавших язычество с порога.

 Здесь надо заметить, что христианство как среди славян, так и среди варягов ко времени Владимира было широко распространено на Руси. В православной (и не только православной) традиции первым распространителем христианства (во второй половине первого века от Р.Х.) в восточнославянских землях принято считать апостола Андрея Первозванного.

 Из византийских хроник известно, что среди варягов, заключавших договоры с Константинополем в девятом веке, были люди, присягавшие в христианском храме. Существует предание, согласно которому христианами были первые варяжские завоеватели Киева Аскольд и, возможно, Дир. В Константинополе же крестилась и бабка Владимира княгиня Ольга. При ней Русь обросла множеством церквей и погостов.

 За сто лет до так называемого крещения Руси Константинопольский патриарх учредил в связи с этим митрополию на восточнославянских землях и назначил своего митрополита. Князь Владимир же выбрал то, что частью его подданных давно было выбрано. Выбрал, как сказали бы теперь, из меркантильных соображений — крестился сам и принудительно крестил язычников Руси, чтобы породниться с императором Византии.

 Этот формальный, в сущности, акт имел далеко идущие последствия. С одной стороны, Киевская Русь стала частью великой христианской цивилизации с многовековой культурой. Из Константинополя на Русь отправилось множество образованных священников. Укореняя христианскую веру, они распространяли грамотность на основе азбуки, изобретенной Кириллом и Мефодием. С внедрением христианства как государственной религии и общей грамоты книжной начался процесс слияния разрозненных восточнославянских племен, превращения их в три близких по вере и культуре народа.

 С другой стороны, упомянутая часть общехристианской цивилизации из-за принятия христианства от Византии после раскола церквей (в 1054 году) оказалась отрезанной от западной ветви христианства. Сначала без особых последствий для общения. Ярославу Мудрому, как известно, несмотря на раскол, удавалось выдавать дочерей за католических государей, а галицко-волынским князьям приходилось то и дело родниться с венгерскими, чешскими и польскими королями.

РАСПАД ОКОНЧАТЕЛЬНЫЙ И БЕСПОВОРОТНЫЙ

 Однако через сто пятьдесят лет после «крещения» большинство княжеств, составлявших Киевскую Русь, стали частью Золотой Орды. И дело закончилось тем, что в течение трехсот лет часть православных христиан в чужом государстве, «как послушные холопы, держали щит меж двух враждебных рас», а другая часть славян в таких же чужих государствах пытались отстоять православную веру в католическом окружении.

 Многовековую историю тех и других английский историк Арнольд Тойнби объединил с историей Византии и назвал православной цивилизацией. Глядя издалека, может быть, так оно и есть. Но для нас, изнутри, это разные истории. Доказательств много. А главное из них то, что империи, якобы соединяющие «православные» народы, в двадцатом веке дважды распадались. И последний распад, судя по всему, окончательный и бесповоротный.

 Украинцам, сохранившим культурную и национальную идентичность в трудных условиях, получившим за это в подарок от истории собственную державу, поверить в бесповоротность распада легко. А русским, составлявшим государственное ядро в двух империях, поверить в нее трудно. Поэтому в двадцать первом веке в России продолжаются попытки повернуть течение времени вспять, заново создать мир, от которого не осталось даже воспоминаний.

 Идея «русского мира», вызревшая в кремлевских канцеляриях и в резиденции патриарха Московского и всея Руси, основана на таких же земных соображениях, как идея Крещения Руси князем Владимиром, и с этим событием логически связана. К вере во Христа такая логика отношения не имеет, но она может быть использована в политике. Причем не только в политике российской.

 Имеется в виду, что после краха коммунистического режима идеологический вакуум должен быть немедленно заполнен. Заполнен так, как полторы тысячи лет назад христианством был заполнен вакуум, связанный с крахом античного язычества и упадком Римской империи. Результатом заполнения вакуума стало тогда объявление христианства государственной религией и создание государственной церкви.

 Такой же фокус нынешние политики хотят произвести на руинах советской империи. В России фокус почти удался и процесс практически завершен. А в Украине в связи со сменой фокусников и наличием соперничающих конфессий процесс затормозился. Чем он закончится, не могут предположить ни политики, ни церковники. Украинской Православной церкви (Московского патриархата), скорее всего, в обозримом будущем не удастся добиться статуса, какой приобрела Русская Православная церковь в России.

 В таких непростых условиях братские страны отмечают 1025-ю годовщину Крещения Руси, государственный праздник, совпадающий с церковным праздником святого равноапостольного князя Владимира. В Киев для участия в торжествах, кроме патриарха Московского и всея Руси Кирилла, собираются приехать президенты Лукашенко и Путин. Вместе с президентом Украины они примут участие в богослужениях.

 Встреча выдающихся деятелей православного мира наверняка не ограничится таким участием. Как и в древние времена, духовное общение политиков перейдет в практическую плоскость. Александр Григорьевич и Владимир Владимирович, скорее всего, попытаются уберечь Виктора Федоровича от ассоциации с Евросоюзом.

 Уберечь именем Господа. Другие аргументы на хозяина Банковой, похоже, не действуют.

Леонид ЗАСЛАВСКИЙ // yug.odessa.ua

    powered by CACKLE