Одесский ботанический сад: затянувшийся «SOS» (ФОТО)

 Буря, пронесшаяся над Одессой в ночь на 1 июня, нанесла ущерб, по словам чиновников, более чем в 37 миллионов гривень. Но Южная Пальмира — город, прежде всего, туристический, и ураган в самый разгар сезона —

 серьезный удар по экономике курорта. Причем сразу в двух направлениях. Это и реальные траты на восстановление поврежденного, и потеря предполагаемого дохода от гостей и отдыхающих.

 Туристических объектов у нас много, но одним из самых примечательных является Ботанический сад Одесского национального университета (ОНУ) им. И.И. Мечникова.

 Саду не повезло — он оказался в самом эпицентре шквала. Со слов очевидцев, на пятнадцать минут парк превратился в натурплощадку для голливудского фильма-катастрофы: сумасшедший ветер терзал пышную растительность, ломал мощные стволы деревьев, словно щепки… Но и столь непродолжительного времени хватило на то, чтобы нанести этому заповедному уголку серьезный урон.

 — Потерь мы понесли больше чем на четыре миллиона гривень, — говорит его директор доктор биологических наук Александр Слюсаренко. — Это лишь то, что мы сумели подсчитать, а ведь есть еще скрытые потери, которые посчитать просто невозможно.

 Так, на восстановление любого из уничтоженных стихией деревьев понадобится двенадцать-шестнадцать лет. Например, дальневосточные и среднеазиатские пихты вскоре должны были плодоносить, но коррективы внес ураган. Теперь остается только обращаться в заведения, где эти и другие потерянные нами растения находятся в естественной среде. То есть будем просить саженцы, которым для адаптации в нашем климате понадобится лет двенадцать…

 Упомянутая выше сумма материального ущерба будет увеличиваться также из-за отмены экскурсионного графика. Ведь в заповеднике до сих пор остаются не убранными аварийноопасные деревья, для ликвидации которых требуется специальное оборудование.

 — Область нам помогла — несколько дней работала вышка, но многое мы не успели, — продолжает Александр Николаевич. — Если нам выделят подъемный кран («вышку») и специалиста, который может ее обслуживать, уберем все буквально за один день. Еще недели две понадобится для крупных очистительных работ. Только после этого сможем понемножку, не в полном объеме, принимать посетителей и проводить экскурсии.

 Вышка также необходима для кронирования поврежденных деревьев — для срезания надломленных веток. Если этого не сделать, в обрубках заведутся паразиты: дерево заболеет и очень скоро погибнет. Сейчас в ботсаду в кронировании нуждаются порядка шестисот деревьев, а за один день можно обработать только пять. И это при условии наличия подъемного крана.

 Именно «вышка» — камень преткновения в очистительных работах, поскольку арендовать такую технику слишком дорого. О покупке, ясное дело, и речи нет. Стоимость крана вместе с транспортировкой из дальнего зарубежья составит десять-двенадцать тысяч евро. В Европе в подобных ситуациях все финансовое обеспечение на себя берут меценаты. Но в Украине место меценатов занимают некие «спонсоры», которые никогда не оказывают бесплатных услуг, а требуют отдачи или возмещения. Состоятельные же одесситы особого рвения пока не проявили.

 Тогда откуда же взять средства на восстановление? Казалось бы, наиболее действенным выходом из положения было бы обращение за помощью к местным властям. Но проблема в том, что ботанический сад — объект природно-заповедного фонда общегосударственного значения. То есть, согласно законодательству, на его реконструкцию деньги должны перечисляться непосредственно из госбюджета в областной спецфонд. Но пока никакие средства в заповедник не поступали.

 Существуют и другие вопросы, которые придется решать. Например, что делать с утерянными видами растений, куда девать мусор, где брать рабочую силу? Коллекционный фонд растений заповедника составлял около 3800 видов — один из крупнейших в Украине. Ясно, что для специалистов наиважнейшей задачей является восстановление погибших деревьев и цветов, среди которых 150-летний дуб черешчатый, 120-летняя пихта греческая, бундук двудомный, сосна черная, атласский и ливанский кедры, пихта нумидийская, кипарис аризонский, лиственница европейская, кизил и другие редкие породы. Полные списки потерь пока не составлены, хотя уже известно, что больше всего пострадали хвойные, цветы же работники сада даже не начинали считать.

 — Мы считаем пока то, что восстановить сложнее, а однолетние воссоздать проще, хотя это и стоит дороже, — пояснил Александр Слюсаренко. — Например, лишь воссоздание небольшой пятиметровой клумбы при входе на территорию обойдется в семьдесят тысяч гривень. Если мы посчитаем стоимость потерь всех однолетников, для их восстановления не хватит и бюджета Украины. Одесский ботанический сад сотрудничает с 217 заповедниками мира — от Аляски до Японии, поэтому получить семена многих погибших растений не составит труда. Сложнее их вырастить, на это уйдет до двадцати лет. Можно сказать, что примерно настолько отбросило нас назад во времени.

 Еще одна проблема — мусор, которого на территории в шестнадцать гектаров сейчас, похоже, больше, чем самих растений. Аккуратно собранный в кучи, он значительно портит внешний вид заповедника. И тут незадача. Ботанический сад не является коммунальным предприятием, потому ждать помощи в вывозе мусора от городских властей не приходится, а своего спецтранспорта в учреждении нет. По словам директора, фирма «Стекон» выделила машину, которая работала неделю — делала три ходки в день. Вывезли пятнадцать машин, но мусора осталось еще на тридцать-сорок ходок. Понятно, для любой компании это накладно.

 Уже на следующий день после урагана биофак ОНУ направил в ботсад своих сотрудников — они до сих пор помогают восстанавливать заповедник. Руку помощи протянули и рядовые одесситы — многие простые люди мгновенно откликнулись на просьбу руководства сада подсобить.

 — Волонтеры приходят постоянно, — заключает Александр Слюсаренко. — Спасибо им большое, потому что еще остается много ручной работы, которую в состоянии выполнить только человек. Мы рады, что в Одессе есть неравнодушные люди, которые приходят и помогают...

 Анастасия КОЗАЧОК // yug.odessa.ua

На фото: Александр Слюсаренко

    powered by CACKLE