Одесский журналист: в Одессе активно орудуют невидимки; возможно, какие-то зеленые человечки (ВИДЕО)

 Я уже говорил однажды о том, что в Одессе активно орудуют невидимки; возможно, какие-то зеленые человечки, которые творят, что хотят, не сообразуясь с логикой, здравым смыслом, интересами

городского сообщества, и никто, решительно никто справиться с ними не способен. Это они, невидимки, то и дело вырубают в разных местах города зеленые насаждения, отнюдь, не сухие или тяжело больные деревья, а самые что ни на есть, здоровые и цветущие, а врио городского головы  на них гневается, требует назвать имена, явки, пароли; стучит по столу кулачками и обещает негодяям всяческие административные кары.

Это гнусные невидимки  с поразительным упорством добивают общественные пляжи, на всем протяжении  побережья, от Ланжерона до Аркадии; бетонируют, чуть ли не по колено  в воде, какие-то фундаменты, на которых растут и растут   корпуса уродливых сооружений –  развлекательных комплексов,  ночных клубов, а то и чего-нибудь похлеще. А горисполком разводит, фигурально выражаясь, руками – дескать, знать не  знаем, ведать не ведаем, что там и как; достоверной информацией не располагаем.

Это страшные невидимки управляют бульдозерами, ползающими прямо по драгоценному песочку в виду неприкосновенных и пугающих простых смертных своим неприкрытым цинизмом ночных заведений «Ибица» и «Итака». Мэрия и понятия не имеет, что за дядьки расхаживают с неприступным видом по этим стройплощадкам, плотоядно косясь на останки общественных сооружений, еще напоминающих по какому-то недосмотру о демократическом прошлом Аркадии.

Это невидимки, чтоб им пусто было, растаскивают ночами, по камешку, по кирпичику, забор и обшарпанные, превратившиеся в руины трибуны бывшего Зеленого театра, а в народе блуждают туманные слухи о том, что делается это с согласия и одобрения городской управы, ибо раритетная территория давно продана и скоро вырастет здесь очередная жилая высотка.

Это невидимки утыкали город бессчетными будками, получившими с легкой руки чиновников название МАФов. Это они, взамен каждой снесенной будки, тут же монтируют  несколько новых, а в доме на Думской, опять-таки, не догадывается, кто бессовестно крышует торговцев, пытающихся превратить город в подобие «7 километра»; кто покрывает безразличное к нашим бедам жулье, которое жирует в своих коттеджных городках, а, отнюдь, не в загаженном историческом центре.

Это невидимки латают полуразвалившиеся дороги непременно под дождем и чаще всего в часы пик;  засыпают  загодя нарезанные ямы какой-то трухой, утаптывают эту начинку ногами, а затем вручную -- в начале ХХ1 века, заметьте, -- кроют кучи мусора асфальтовыми нашлепками, которые разравнивают  чем-то наподобие деревянной швабры.

Это слепоглухонемые невидимки состряпали генеральный план развития города, так резко отличающийся от  обещанного горожанам врио городского головы, что, когда он его увидел, у него язык отнялся, и в здании горисполкома, где шло обсуждение плана, а заодно по всему центру Одессы, очень кстати вырубился электрический свет.

Но что ему  Гекуба, этому народному орденоносцу, уже с утра настроенному крайне воинственно и готовому к решительным действиям! Он оставил пребывающую в недоумении депутатскую массу в темном зале мэрии, чтобы в сопровождении охраны и сочиновников, призванных исполнить в спектакле его кистей роль греческого хора, двинуться к железнодорожному вокзалу, где преступные невидимки установили прямо на ступеньках здания возмутительный, наглый МАФ. То-то радостно было новому Ришелье и наследнику Маразли крушить специально выстроенную тут декорацию припасенной для  этой цели тяжелой кувалдой. Защитив свою честную физиономию большими байкерскими очками, он выбивал у незаконной будки окна; разносил ее в пух и прах с тем же энтузиазмом, с каким лупил бы по наковальне в парковом силовом аттракционе. Хозяев, понятно, не было видно. А Костусев красовался на первом плане; выглядел, как все три богатыря с картины русского художника Васнецова разом; казался себе столь  же уместным   и значительным, каким был в тот счастливый миг, когда, совершая главный поступок в своей одесской карьере,  открывал уникальное колесо обозрения.

Oн выглядел смешно и жалко. Почти так же смешно, как в ту минуту, когда рассказывал о своих деяниях во славу республики Саха, за что его, вроде бы, наградили орденом, усыпанным бриллиантами. Что происходило с его глазами, когда он принял штампованный юбилейный знак «380 лет Якутия с Россией», слегка сдобренный фианитами, за усыпанный бриллиантами знак отличия, можно только догадываться. Не пьян же был, когда сделал драматическую ошибку. Но какое, простите,  отношение к нам, несчастным, вот уже третий год наблюдающим за бездарными выходками молодчика, имеют контакты между одним из субъектов Российской федерации и нашим чукчей, который, наверное, там действительно когда-то ошивался, в связи с чем сегодня получил звание почетного якута.  Никакого. Как и его церковные ордена, которыми Костусева разукрасили, вероятно, из-за того, что в гонениях на религию замечен не был и при случае крестит лоб. Хотя, что тут странного? Сегодня все начальники завели себе духовников. Сегодня все, кто намолотил праведным трудом во благо народа пару десятков миллионов, строит, если не церкви, то хотя бы скромные часовни. Сегодня  даже чернобыльцев и афганцев лишали льгот, предварительно, я думаю, помолившись в ближайшем храме.  Наверное, и хозяева «Альянса», обобравшие одесских вкладчиков, освящали свои строительные площадки прежде, чем начали красть.

Тут не могу не заметить следующего. Если уж врио городского головы человек вцерковленный, совестливый, отчего бы ему не перестать врать  этим самым обманутым вкладчикам, а взять, да и серьезно поискать решения их непростой задачи? Ведь похожие на груду рыбьих костей на блюде  недостроенные корпуса  навалены не где-нибудь, но в курортном районе столь любимой им Одессы. А рядом, в двух шагах от памятника одной из наиболее крупных афер в наших краях, тянутся тихие, спокойные улочки, слева и справа усаженные замечательными особняками, каждый из которых стоит грандиозных денег. Именно здесь проходит страшный водораздел между основной нищенствующей массой общества и той малой его частью, которая на  глазах убогих набивает себе карманы; существует в параллельном, недоступном для простых смертных пространстве.

Те, первые, не самые, кстати, обездоленные, мттингуют под лозунгом «Стоп, кредитный геноцид!».  Они должны были давным-давно поселиться в райском уголке 16 станции Большого Фонтана, но вынуждены глазеть на голые и неприютные кирпично-бетонные остовы зданий. Им хотелось бы знать, как выглядят дома, дачи, бунгало, хутора, в которых живут и в ус не дуют хозяева разного рода «Альянсов». Они могут, в конце концов, не выдержать вопиющей несправедливости и взяться за вилы. А уж за ними хлынут толпы людей, которым и вовсе нечего терять; кому даже скромная квартирка на 16-ой и в самых радужных снах не являлась в цветах и красках.

Тут все взаимосвязано. Планомерно уничтожаемый в пользу группки ошалевших от безнаказанности олигархов средний класс, в рядах которого довольно много интеллигенции, интеллектуалов, людей, системно мыслящих; класс, загнанный последней налоговой реформой в глухой тупик, рано или поздно, как это всегда бывало в истории, возглавит волну народного сопротивления. И тогда бензиновым, угольным, газовым и стальным королям мало не покажется. Их   демонстративная благотворительность, к которой пока относятся сочувственно, будет мгновенно забыта и осмеяна, как был осмеян костусевский пиар возле вокзального МАФа. А к тому идет. Недаром оппозиционная акция  «Восстань, Украина!», при самом критическом отношении к некоторым из активных функционеров оппозиции, быстро набирает силу, приводя правящий режим в состояние очевидного замешательства. Происходящее в Центре и наиболее активных в политическом плане регионах страны не может не вызвать реакции на местах, не исключая   самые отдаленные провинции Украины.

Я далеко не сторонник экспроприации чужой собственности. Но одесская область, город Одесса  не в колбе находятся. И ежели не желать  родным краям экстремальных событий, сопряженных с несчастьями, кровью, пальбой из подворотен, нужно, наверное, делать все возможное, чтобы общее неудовольствие граждан существующим порядком вещей, не выразилось здесь, в стороне от стрежневых политических процессов; в нашем мирно настроенном, терпимом, даже где-то жертвенно, философски терпеливом городе в уродивых, агрессивных формах.

Стоит ли говорить, какое значение имеют в этом контексте действия местной администрации. А мы что видим? Обманутых вкладчиков. Разъяренных кооператоров. Лишенных работы мелких предпринимателей. Бесправную, несмотря на принятие широко продекларированного  Устава Одессы, городскую громаду. Бесчинства чиновничества, покрывающего криминальный бизнес. Растущий, вопреки парадным сводкам силовиков, уровень преступности. Милицию, которой нет доверия. Беспомощную городскую власть, неспособную отвечать за свои слова. Нужно ли говорить о том, чем все это может закончиться?

Возвратимся к «Битве за склоны», которая, похоже, уже завершилась полным проигрышем общественности. Дело не в том, что одесситы в большинстве своем категорически против строительства на прибрежных склонах, а   новая редакция Генерального плана их настроений вообще не учитывает. Важно иное. Врио городского головы клятвенно обещал, что парк «Юбилейный» сохранится в неприкосновенности. Более того, у всех на глазах, демонстративно, судится с фирмой «Викойл», которой, по слухам, его предшественники  поручили проектирование застройки склонов. Даже отступного предлагал супостатам, чтобы те отказались от зловредной идеи. А вышло прямо обратное. Он, хоть и клянется стоять до конца, только что проиграл тяжбу в Киевском хозсуде вчистую. Зачем же бил и бьет себя в грудь? Объяснений тут может быть два. Либо марионетка-Костусев знал о том, что именно мы обнаружим в Геплане, когда тот после корректировки возвратится из Киева в Одессу, и, значит, лгал и лжет нам; либо его никто не принимает во внимание.  И в том, и в другом случаях мы сталкиваемся с фактом полной и безнадежной импотентности власти. Вывод отсюда один. Власть эту нужно как можно скорее менять.

Буду стоять на своем. Думаю, упрямое нежелание одесситов согласиться с тем доводом, что во всем мире прибрежные склоны застраиваются отвечающими местоположению рекреационными и увеселительными в   объектами, связано не с тем, что их сердцам так дорога неряшливо засаженная, замусоренная зеленая зона, а с укоренившимся, ставшим частью их натуры недоверием к властям предержащим. Они видят, что уже сейчас, до принятия какого бы то ни было Генплана, берега безобразно отсекаются от города сооружениями, принадлежащими не громаде, а частным собственникам, не отличающимся зачастую не глубиной мышления, ни вкусом, ни фортификационными знаниями, ни патриотизмом. Почти по всему побережью на дуге, соединяющей Ланжерон с Аркадией, и уж, тем паче, Аркадию -- с мысом в районе дачи Ковалевского, беспрепятственно пройти к морю или двигаться вдоль кромки воды нельзя. Повсюду платные пляжи, тщательно охраняемые бич-боями или парнями похуже чьи-то владения, куда доступ ограничен или вообще запрещен. Это, конечно, абсолютный беспредел.

Десятки раз мы пытались втолковать городским властям, что выход из положения существует один-единственный. Раз уж в нашей дикой общественной ситуации появились в таком количестве арендованные у громады пляжи, следует урегулировать их расположение и законодательную базу, которая детерменирует бытование этой разновидности частной собственности. То есть, они должны оставаться платными. И все, кому хочется раскошеливаться, могут нежиться тут на солнышке, за высоким забором. Но параллельно с этими закрытыми территориями; в местах, где исторически  отдыхали на песочке рядовые одесситы, на Ланжероне, в Отраде, на 10-ой, 13-ой, 16-ой станциях Б. Фонтана и так далее, должны появиться просторные, ухоженные общественные пляжи, к которым обеспечен свободный и удобный доступ (сооружены эскалаторы, подъемники, ездят мотоколяски, бегают велорикши) и которые содержатся (чистый песок, лежаки, шезлонги, пресный душ, биотуалеты, урны для мусора) за счет отчислений с владельцев дорогих частных зон отдыха. Это вполне по силу городскому самоуправлению.

Если все у нас сложилось бы именно так, уверяю вас, манифестации по поводу парка «Юбилейный» прекратились бы сами собой. И «зеленые легкие» города не пострадали бы, так как каждое строение на берегу было бы естественным образом окружено деревьями и кустарником, оснащено внутренними бассейнами. Для того, чтобы убедиться в осуществимости пенречисленного, не нужно ездить на Мауи или Капакабану. Достаточно спуститься с 8-ой станции Большого Фонтана вниз, к морю, и пройти налево, в сторону, уже обжитую Юракадемией, с замком-гостиницей, кортами, аккуратными газонами и тому подобным. Вы увидите, что невозможное и правда возможно. Ну, а пока приходится констатировать: Костусев опять обвел горожан вокруг пальца.

И это еще не все. Продолжать безобразничать он собирается и на Балковской. Я уже рассказывал вам о том, что управа собирается пустить по этой улице, от Пересыпского моста до, по-видимому, Горбатого, троллейбус. Повторюсь – ничего более глупого и придумать нельзя. Всякий автомобилист знает, что на пересечении Балковской с улицей Бабеля, через квартал – с Дальницкой и дальше – с Мельницкой, в часы пик, а тут почти всегда оживленное движение,  скапливаются длиннющие пробки. Троллейбус здесь категорически неуместен. Он затормозит движение настолько, что идеология прокладки шоссе «Север-Юг» по старому маршруту окажется торпедированной.

Костусеву этого мало. Очарованный видением новой, грабительской для общества вампуки под названием «Евробаскет», он со товарищи намерены теперь ликвидировать на естественном продолжении Балковской за Пересыпским мостом, то есть, на улице Атамана Головатого, трамвайное движение. Понять суть их зловредного замысла просто. Одно дело – реконструкция трамвайного полотна, что собирался делать Эдуард Гурвиц, который планировал пустить на поселок Котовского, вместо нынешних старых колымаг, скоростной трамвай, другое – выкопать рельсы и залить все впопыхах асфальтом. Главное, чтобы дорога до еврочемпионата продержалась, а там, как это происходило и происходит с объектами «Евро-2012», хоть трава не расти.  Костусеву предлагают, так сказать, фруктовый фреш, а он привычно выбирает пепси.

Ну, а горожанам,  как только трамвай здесь уйдет в небытие, придется добираться домой на троллейбусах раза в полтора дольше. Такая вот забота о нас, назойливых, абсолютно не нужных и не интересных ни врио городского головы, ни команде варягов и наших лихих  бойцов, взявших на себя вкусные хозяйственные заботы по подготовке будущего баскетбольного состязания.

Надеяться нам остается лишь на одно. Киевские события прогресс общества ежедневно подхлестывают.  Быть может,  к тому времени, когда в городе сменится власть, да что там – мы сами ее заменим, эти ребята не успеют отрезать поселок Котовского от города окончательно. А с приходом Эдуарда Гурвица можно будет действительно заняться делом всерьез. И в центре Одессы, и на побережье, и вообще повсюду. Дай-то Бог!

krug.com.ua
    powered by CACKLE