Одесские СМИ: донецким профессионалам конфискация чужих денег пришлась бы весьма кстати

 Главным событием начала недели должно стать голосование в парламенте маленькой республики на юге Европы. От того, как на Кипре поведут себя избранники народа, без преувеличения зависит

репутация банков и всей финансовой системы острова. Но если бы только острова…

РОДНОЙ И БЛИЗКИЙ ОФФШОР

 До вступления в Евросоюз в 2004 году республика Кипр являлась налоговым раем. Она была тихой гаванью, где, укрываясь от жесткого налогообложения в своих странах, мирно «плавали» бок о бок крупные корпорации, солидные акулы бизнеса и разнообразная мелочь.

 С одной стороны, кипрский оффшор принципиально не отличался от пиратских побратимов в Карибском бассейне. Там компанию не составляло труда зарегистрировать по водительскому удостоверению и практически бесплатно. Никто при этом не требовал финансовую отчетность.

 С другой стороны, налоговые ставки на Кипре для компаний, осуществлявших операции вне острова, все-таки от нуля отличались. Регистрация при этом не являлась фиктивной, а отчетность при желании можно было проверить. Поэтому кипрскую прописку солидный бизнес охотно использовал для содержания центральных офисов, а кипрские банки для расчетов с клиентами.

 С 1982 года, когда СССР заключил с Кипром договор об избежании двойного налогообложения, близкий оффшор стал одним из центров, куда легальные, полулегальные и нелегальные дельцы шестой части суши выводили «заработанные» при реальном социализме деньги. После распада Союза туда же текли средства от разграбления независимых государств. Значительная часть так называемых иностранных инвестиций в экономику постсоветского пространства — теперь не что иное, как деньги, в свое время уведенные от налогообложения и осевшие на Кипре. Домой они возвращаются для скупки еще не украденного государственного имущества.

 Мало того, нынешний бизнес, крупные экспортеры и импортеры в «новых демократиях» формально являются кипрскими компаниями, платят там низкие налоги и ежегодно обкрадывают бюджеты «родных» стран. О суммах, которыми оперируют на острове российские, украинские и подобные им бизнесмены, можно только догадываться. Российские дельцы, по мнению немецких СМИ, хранят на Кипре от двадцати до тридцати миллиардов долларов. Известно также, что за последние два года (2011-й и 2012-й) украинские банки перевели в оффшорные зоны и на Кипр пятьдесят три миллиарда триста девяносто семь миллионов долларов. Это, если обратить в гривни, больше годового бюджета Украины.

 Хотя после вступления в ЕС Кипр не является классическим оффшором, для ряда компаний, осуществляющих международную деятельность, сохраняются минимальные налоговые ставки. И механизмов, заставляющих бизнесмена перенести свой бизнес на родину, платить налоги в разы большие, чем на Кипре, не существует. Вернее, не существовало до конца прошлой недели.

ШТОРМ В ТИХОЙ ГАВАНИ

 В субботу, 16 марта, правительство Кипра согласовало наконец с Еврогруппой программу финансовой помощи республике в преодолении мирового финансово-экономического кризиса. После этого, как сказал бы Аверченко, все заверте… Так завертелось, что в случае ратификации парламентом Кипра европейского плана спасения банковской системы от дефолта, инициативы по урезанию бюджетных расходов в рамках общей борьбы с кризисом покажутся детскими играми.

 Из запрошенных правительством и банковской системой Кипра помощи в семнадцать миллиардов евро финансисты Евро-группы согласились предоставить десять миллиардов, а семь миллиардов правительство и местные банки должны будут изыскать сами, пять миллиардов восемьсот миллионов при этом предполагается добыть, обложив налогами не ДОХОДЫ с банковских депозитов, а сами ДЕПОЗИТЫ. По предварительным сведениям — все. Сравнительно небольшие вклады (до ста тысяч евро) «обрежут» на 6,75%, а более крупные — на 9,9%.

 Операция называется «реструктуризацией», но фактически является ничем иным, как изъятием части банковских депозитов компаний и частных лиц. В основном, как считают западные эксперты, пострадают деньги российских вкладчиков, но украинские тоже не сбоку припека. Потерпеть убытки от «реструктуризации» могут, естественно, и коммерсанты ЕС, и сами киприоты. Но для них в родных странах предусмотрели компенсации. Они смягчат предстоящий удар.

  В постсоветских странах о компенсации речь не идет, хотя ущерб, грозящий российским бизнесменам, оценивают, как минимум, в два миллиарда евро. В связи с этим президент Путин назвал «реструктуризацию» на Кипре несправедливым, непрофессиональным и опасным мероприятием, а премьер Медведев сказал, что, по его мнению, единоразовый налог на кипрские депозиты — просто конфискация чужих денег.

 Западные эксперты, разделяя мнение россиян, что «реструктуризация» является опасным прецедентом и прямо противоречит европейской политике гарантий по банковским депозитам во время финансово-экономиче-ского кризиса, соглашение Еврогруппы с Кипром в целом считают справедливым. Сверхприбыли иностранного бизнеса, полученные за счет использования преимуществ оффшора и недоплат налогов в «родных» странах, пойдут на спасение от дефолта Кипра, той гавани, что на протяжении десятилетий обеспечивала безбедную и спокойную жизнь чужакам.

УКРАИНА — НЕ КИПР

 В непрерывном сражении с кризисом, который на протяжении пяти лет терзает мировую экономику и финансы, оффшорные зоны и их наследие являются язвами. Эти язвы во многом сводят на нет усилия развитых стран и международных финансовых организаций по унификации правил игры и стабилизации положения на мировых рынках. ФАТФ (группа разработки финансовых мер по борьбе с отмыванием денег) и ОЭСР (Организация экономического сотрудничества и развития) ведут непрерывное наступление на оффшоры, учет тех стран, чьи банки дают приют сомнительным клиентам, составляют «черные списки».

 В рамках этой борьбы «реструктуризация» вкладов на Кипре — хорошее напоминание тем, кто привык уводить деньги из своих стран за рубеж и грабить отечественные бюджеты. Украина, конечно, не Россия, и масштабы такого грабежа на порядок меньше. Но украинский бизнес от «реструктуризации» тоже потеряет немало. По информации источников в НБУ — от двухсот пятидесяти до трехсот миллионов евро, а по информации независимых экспертов — до половины миллиарда.

 Однако потери украинского бизнеса — не главное для нас в этой истории. Вдохновленные прецедентом выхода из дефолта, одобренным в Европе, «семейные» руководители в НБУ и Минфине могут решиться на то же самое. Они способны конфисковать в виде одноразового налога часть депозитов вкладчиков украинских банков и решиться на грабительское налогообложение продаж наличной валюты. Подготовка законопроектов в таком духе обсуждается, а сведения об этом то и дело всплывают в украинских СМИ.

 Донецким профессионалам, истратившим одиннадцать миллиардов долларов из золотовалютного резерва на бессмысленную стабилизацию курса гривни, за три года правления Януковича развалившим экономику Украины, конфискация чужих денег по кипрскому образцу пришлась бы весьма кстати. Но с поправкой. Удар нанести не по «семье», не по связанным с ней олигархам, а по нам с вами, по тем, кто в условиях экономического развала умудрился скопить небольшие суммы на старость.

 Компенсаций, если подобное случится, мелким украинским вкладчикам, естественно, не видать. Украина — не Кипр. Книга с этим названием президентом пока не написана.

Леонид ЗАСЛАВСКИЙ // yug.odessa.ua

P.S. Вечером во вторник, 19 марта, парламент Кипра отклонил соглашение с Еврогруппой. Против  введения единовременного налога на депозиты  из пятидесяти шести депутатов проголосовали тридцать шесть. Девятнадцать воздержались.

    powered by CACKLE