Конфликт интересов: одесситы объявили войну интересам бизнеса (ФОТО)

 Жилые дома в центре города все чаще и чаще реконструируют под чей-то бизнес. А в согласии проживающих в них людей бизнесмены нуждаются все реже и реже. Получить разрешительные документы

на реконструкцию им как-то удается без ведома жильцов. Когда стены квартир покрываются трещинами, люди задают банальный вопрос: кто в ответе за строительное безобразие в их доме? О конфликтах интересов бизнеса и жильцов домов, которые «присмотрели» новоявленные реконструкторы, «Юг» писал неоднократно. И как ни печально это констатировать, но не припомнится случая, чтобы проигравшей стороной в подобном конфликте стал бизнесмен.

Жильцы дома по Екатерининской, 4, оказавшись в такой ситуации, забили тревогу. В подвале их дома и на первом этаже — в бывшем магазине одежды, полным ходом идет реконструкция, не согласованная с ними. На месте магазина теперь, возможно, появится кафе со всеми вытекающими негативными последствиями: кухней, принудительной вентиляцией, громкой музыкой.

Как только по стенам квартир пошли трещины, жильцы обратились с жалобами в управление по вопросам охраны объектов культурного наследия Одесского горсовета, в инспекцию государственного архитектурно-строительного контроля в Одесской области, в прокуратуру города и в СМИ.

 О том, что в доме ведутся не косметические, а капитальные строительные работы, догадается даже случайный прохожий, поскольку подвальное помещение «вскрыто» и со стороны улицы Екатерининской, и со стороны двора.

 На Екатерининской дом огорожен синтетической тканью, за которой можно увидеть котлован под стеной дома. Говорят, оттуда вывезли не одну машину камня-ракушечника, причем целого, а не битого. Котлован вырыт ниже фундамента дома.

 По словам Веры Мельниковой, проживающей в этом доме, подвал раньше никогда не перестраивали. В нем находятся все коммуникации, поэтому долгое время он не использовался вообще, а потом в нем стали хранить какие-то вещи. Теперь в подвал жильцов не пускают, и они не знают, что там делается. Однако до них дошли слухи, что трубы якобы протекают, и не исключено, что на время ремонта воду отключат.

 — На первом этаже за моей стеной был магазин одежды, — рассказывает Татьяна Кундиловская из двадцать седьмой квартиры. — Мы жили тихо, спокойно, никогда таких перестроек в доме не было. Теперь это какой-то ужас, трещины по стенам пошли от первого до третьего этажа.

 Татьяна Кундиловская показывает свою двухкомнатную квартиру с единственным окном. Причем окно это — в кухне. Так уж исторически сложилось, что других окон в квартире нет. Муж Татьяны прожил в ней с рождения — шестьдесят лет. У супругов двадцатидвухлетний сын и семнадцатилетняя внучка — круглая сирота. Живут все вместе. За счет высоты квартиры для сына сделали комнату, так сказать, во втором «ярусе», куда он поднимается из кухни по деревянной лестнице. Свет попадает туда тоже из кухни.

 Снаружи кухни под единственным окном находится вход в подвал. Теперь этот вход готовится к перестройке: вскрыты асфальтовое и бетонное покрытия, вынут камень-ракушечник. 

 — В ЖЭКе нам сказали, что владельцем подвала и первого этажа стал наш сосед с четвертого этажа Андрей, — рассказывает Татьяна Кундиловская. — Насколько это достоверно, неизвестно. Его мы не видим. Поговорить я пробовала только с его женой, которая приходила вместе с прорабом. На мой вопрос, что будет под моим единственным окном, она пренебрежительно ответила: «Крыша будет». Разговор не получился. Ходят слухи, что хозяйкой стройки является женщина. Она же якобы владеет кафе-баром «Гранат», расположенном на противоположной стороне улицы. Почему мы должны верить каким-то слухам? Неужели мы как жильцы не заслуживаем того, чтобы нам показали правоустанавливающие документы на нежилые помещения в доме и разрешительные документы на реконструкцию?

 По словам Татьяны Кундиловской, под ее окном будет не только крыша над входом в подвал, но и вентиляционная система с двигателем и вентканалом, поскольку в подвале планируется разместить кухню.

 — Если заработает вентиляция, то мы будем себя чувствовать как на вертолете, и жить при постоянном шуме и вибрации, — говорит Татьяна. 

 Анна Павловская со второго этажа и Вера Мельникова — с третьего пригласили меня в свои квартиры посмотреть на трещины, которые появились на их стенах. Надо сказать, что обе квартиры с хорошим ремонтом, и трещины на стенах выглядят, как свежие раны.

 Копию официального ответа из ГАСК жильцы передали в редакцию «Юга». Ответ (№05/1031 от 13.02.13 г.) был направлен по двум адресам: в прокуратуру города и жильцам. В нем сообщается, что инспекция ГАСК, рассмотрев обращение жильцов, установила, что собственником нежилых помещений в доме, согласно выписке из реестра прав собственности на недвижимое имущество, является ООО «ВАН и МАН». «Во время проверки выявлено, что несущие стены не подвергались реконструкции при проведении ремонтно-строительных работ, — сказано в официальном ответе. — Стена, о которой шла речь в обращении, существует в реальности и обозначена в техническом паспорте».

 Жильцы над таким ответом горько смеются.

 — Вчера у нас была съемочная группа телекомпании «Круг», — сказала Татьяна Кундиловская, — но нас не пустили ни в подвал, ни на первый этаж. Спрашивается, почему? Если там все так, как написано, то почему нас не пускают туда, чтобы удостовериться?

 Жильцы рассказали мне, что дом является памятником архитектуры, а потому вместе со съемочной группой телеканала «Круг» по адресу выезжал и заместитель начальника управления по вопросам охраны объектов культурного наследия Одесского горсовета Виталий Бабин. Все оказались перед закрытыми дверями.

 Опасения жильцов по поводу обрушения дома совсем не напрасны. Судя по тому, что каждый лестничный пролет подперт специальными металлическими трубами большого диаметра, а каждая лестничная площадка укреплена снизу сварной металлоконструкцией, понимаешь: дом от разрушения уже когда-то спасали. На стене лестничного пролета между вторым и третьим этажами установлен контрольный «маяк» с мало понятной датой. Жильцы полагают, что маяк установлен в 2005 году, хотя последние две цифры можно также читать, как 55 или 95.

 Кстати, новая трещина пролегла по этой стене, круто обогнув замурованную табличку «маяка». Все это явно свидетельствует о том, что какие-либо перестройки и реконструкции дому строго противопоказаны.

 Но вот неожиданный поворот событий. Когда материал был готов к печати, стало известно, что жильцы дома… отказались от своих претензий к хозяевам стройки! Анна Павловская объяснила мне по телефону, что арендаторы будущего кафе пообещали жильцам верхних этажей заделать появившиеся трещины за свой счет.

 — Я прислушиваюсь к мнению своего брата, он крупный бизнесмен, — сказала она. — Брат знает строителей и хорошо характеризует их. По его словам, они строили аквапарк, и поэтому опасаться за прочность дома не стоит. Они качественно выполнят работы по реконструкции. Семье Татьяны Кундиловской арендаторы обещали предоставить трехкомнатную квартиру взамен ее двухкомнатной, и она согласилась. Мы отказались от своих претензий и подписали согласие на реконструкцию.

 Выслушав Анну Михайловну, я подумала: дай-то Бог, чтобы их доверие не было обмануто.

 Мало, конечно, верилось в то, что семье Кундиловских дадут трехкомнатную квартиру в центре города, а это значило бы, что еще одну семью бизнес вытеснил бы в спальный район. Но на самом деле ситуация оказалась еще хуже, чем я предполагала.

 В последний момент какое-то шестое чувство заставило меня перезвонить Татьяне Кундиловской. Захотелось узнать ее мнение по поводу предложенной ей квартиры и поздравить с удачным разрешением квартирного вопроса. Но увы, мои поздравления оказались преждевременными.

 — Арендатор будущего кафе (Татьяна называет его по имени. — Авт.) сказал мне прямым текстом: ему нужна моя квартира, поскольку она смежная с его будущим кафе, — рассказала Татьяна Кундиловская по телефону. — Меня повезли на Канатную улицу и предложили посмотреть квартиру. Но во-первых, она была не трехкомнатной, а двухкомнатной. Во-вторых, квартира находится в полуподвале. Ее окна чуть ли не касаются асфальта. Есть кухня площадью восемь квадратных метров. Арендатор кафе предложил мне разделить ее пополам, и таким образом получить третью комнату для внучки. Я отказалась от такого предложения. Это не трехкомнатная квартира, которую мне обещали. Мои претензии к арендаторам кафе остаются в силе, мои жилищные права нарушены. Согласие на реконструкцию я не подписывала. Почему меня с семьей вынуждают покинуть квартиру, в которой я прожила около двадцати лет?

 Итак, Татьяна не сказала ничего нового. Типичная «щедрость» любого бизнесмена в такой ситуации.

 Для тех, кто не сталкивался с подобным «обменом» квартир, следует сказать, что сделанное предложение явно невыгодно для семьи Кундиловских. Невыгодно даже при условии, что предложенная квартира юридически «чиста», то есть не находится под арестом, на нее не претендуют бывшие владельцы, нет судебных исков. Пока же документов, подтверждающих юридическую чистоту этой квартиры, семье Кундиловских не предъявили, зато их согласие на реконструкцию требуется уже.

 Помимо этого, следует помнить, что разделить любое помещение, а в данном случае кухню, на две части — дело хлопотное и дорогостоящее для людей со скромными доходами.

 Как минимум, необходимы стройматериалы: кирпич, цемент, песок. Услуги строителей тоже небесплатные. В связи с изменениями понадобится обратиться в МБТИ
 и заказать новый технический паспорт. Не исключено, что для проведения работ придется получить согласие соседей. 

 Возникает вопрос: почему людей вынуждают идти на такие затраты? Во имя чего? Во имя процветания чужого бизнеса?

 Остается надеяться, что случай с квартирой Татьяны Кундиловской будет нетипичным, и эти бизнесмены поступят с ней по совести, но всем остальным одесситам, оказавшимся заложниками подобных ситуаций, следует хорошо подумать, прежде чем поверить благостным обещаниям.

 Человек, имя которому БОМЖ, возможно, тоже когда-то кому-то поверил…

Елена УДОВИЧЕНКО // yug.odessa.ua 

На фото вверху: Котлован под стеной дома со стороны Екатерининской
На фото внизу: Татьяна Кундиловская, Под единственным окном квартиры  будет крыша над входом в подвал

  

    powered by CACKLE