Одесская художница Татьяна Гончаренко: я родилась с карандашом в руках. Фото

 Весь октябрь в галерее Союза художников на Екатерининской, 18 можно увидеть работы Татьяны Гончаренко из серии «Воспоминания о лете». Мы пообщались с Татьяной, чтобы узнать о распорядке ее дня, а еще о заветных желаниях.
- Татьяна, из чего складываются ваши «Воспоминания о лете»?

- Из натюрмортов в стиле декаданс. Моя тема: нитки жемчужных бус, кусты диких вьющихся роз, старинные садовые чаши… И в любом натюрморте должно чувствоваться присутствие человека. Через что? Оставленная кем-то скульптурка, веер, кайфик. Выставка небольшая около двадцати работ. Не люблю награмаждений.

- Татьяна, вы много работаете, делаете уже вторую выставку в этом году. Осталась ли для вас тайна в живописи?

- Тайну открыть до конца невозможно, и, наверное, никому не удавалось. Моя мама художница Вера Кулигина (ей уже семьдесят пять, она продолжает работать, пишет портреты и натюрморты) постоянно говорит, что она только-только постигает азы живописи и приоткрывает тайну искусства! Даже она учится! К каждой новой работе подходит с трепетом. Может быть, только Вермеер Дельфтский и мой любимый Караваджо проникли в тайну искусства.

- Чего вы хотите достичь в жизни?

- Часто вижу интервью знаменитых людей, которые жалуются на тяготы славы. Я же без лишней скромности могу заявить – я бы хотела, чтобы меня узнавали на улицах.

- Каких городов?

- Улиц города Одессы вполне достаточно. Чтобы как можно больше людей знали меня как состоявшегося художника. Ведь достаточно один раз увидеть мою картину, чтобы запомнить мой стиль.

- Мне кажется, что единственный художник, которого узнают на улицах Одессы – это Ройтбурд.

- Да, Ройтбурд! И я считаю, он приложил к этому громадные усилия. Он – художник-глыба со своей индивидуальностью. Такого второго нет и быть не может. И если его узнают на улице, я считаю, что это совершенно и полностью заслуженно.

- Вы работаете каждый день? Утром или вечером?

- Я сова, поэтому прихожу в мастерскую после полудня. Работаю немного, часа три-четыре, потому что вкладываю в картину много эмоций, много труда. Моя манера письма, - я работаю в технике лессировки, - требует большого напряжения зрения. Когда начинают болеть глаза, понимаю, что, как говорится «пора завязывать». Обычно, в мастерской мне никто не мешает. Я включаю радиостанцию Гармонию мира. Слушаю мои любимые романсы и классику. И моя мама пишет под ту же радиостанцию. Даже не знаю, что бы мы делали без Гармонии мира?!.. В атмосфере умиротворения я спокойно работаю. Каждый день. Зимой приходится заканчивать раньше, потому что я пишу только при дневном свете. Стемнело, и я сразу иду подпитываться старой Одессой (смеется)!

- Пишите на заказ?

- Очень редко. Не люблю.

- Я беседовал с художницей Леной Щёкиной по поводу искусства на продажу, и она сказала: «А когда пишешь специально, чтобы продать, это никогда потом не получается».

- Она права. Когда пишешь ни в коем случае нельзя думать, кто купит и за сколько. Потому что тогда ничего не получится. Кстати, покупатель, казалось бы ничего в искусстве не понимает. Казалось бы! Но если поставить пять или шесть работ на выбор, покупатель безошибочно покажет на твою самую любимую, и на самую лучшую. Как это получается?

- Наверное, любовь проступает.

 

Дмитрий Ваби
Для Интернет газеты «Взгляд из Одессы»



    powered by CACKLE