Костусев у нас всегда либо гневается, либо витийствует, либо лжет. Видео

 Наша мэрия во главе с врио городского головы постоянно бьет рекорды по аморальности поведения даже среди супераморального украинского чиновничества. Ей прямая дорога в список Гиннеса, где, как известно, помимо примеров выдающегося мужества, силы, долготерпения и так далее зафиксировано немало образцов из ряда вон выходящего идиотизма. О том, прав я или нет, судите сами.

Вы помните, конечно, о тяжбе между благотворительным фондом «Ветеран», который много лет кормит стариков и неимущих бесплатными обедами в столовых, переданных ему горадминистрацией в льготную аренду задолго до возвращения в Одессу Эдуарда Гурвица, и нынешними горисполкомом и горсоветом, коим на этот обделенный жизнью контингент, похоже, наплевать. Новым хозяевам города не дает спать тот факт, что некий фонд платит за вполне приличные помещения лишь гривну в год. Им безразличны мотивы, по которым в 1998 фондом «Ветеран» и городом был подписан договор, действие которого оканчивается лишь в 2023 году. Гурвиц его правомерность признал. Эти парни – нет. Им неведомо, что такое нравственность. У них есть на примете другая фирма, готовая, как будто, платить любые деньги, только бы ей достались эти вкусные квадратные метры. Если козни мэрии увенчаются успехом, мы, наверняка, рано или поздно узнаем, отчего она рвет душу за некий «Варион», победивший в срочно проведенном тендере, без участия, по вполне понятным причинам, «Ветерана»; выясним, кому из новых функционеров никому доселе не известный «Варион» -- друг, брат или внучатный племянник. Но пока беды еще не произошло, попытаемся объяснить еще раз, почему решение одесской мэрии следует считать из ряда вон выходящим образцом глупости или лицемерия.

Смотрите, на что ссылаются городские власти. На момент подписания того, старого, договора помещения, в которых располагаются «ветеранские» столовые, находилось под юрисдикцией управления социальной защиты и труда Одесского горсовета. Нынче это управление ликвидировано. На его месте возник Департамент (внимание!) труда и социальной политики того же совета. И спорные столовые теперь переданы этому юридическому лицу. А оно, по разумению бесстыдного чиновничества, не является правопреемником прежней структуры. Поэтому все договоры, заключенные при ее содействии, следует признать недействительными, и «Ветерану» надлежит из своих столовых немедленно съехать. Что же до тех, кто благодаря бесплатным обедам выжил и выживает в наше несытое, противоправное время, то их, вероятно, будет кормить новый хозяин. Правда, до сих пор его возможности ограничивались сухими завтраками…

Скажите, не бред ли все это? Поменяли, видите ли, местами в названии горсоветовского подразделения, которое занималось социальными проблемами, два слова: затем одно, немодное, -- «управление» -- заменили на другое, модное – «департамент», и всю многолетнюю работу достойных и честных людей решили пустить коту под хвост. А других обрекли на голодание и болезни. И все это, вроде бы, в рамках закона. Да, хитроумное украинское законодательство содержит эту дурацкую норму – при смене названия юрлица и новой его регистрации, всех увольнять и набирать заново; за поступки предшественников, если захочется, не отвечать; о взятых ими на себя обязательствах, ежели невыгодны, позабыть и т. д., и т. п. Но ведь любой грамотный, профессиональный судья не может слепо следовать букве закона. Его обязанность -- глубоко вникнуть в суть возникшего из-за буквалистского толкования той либо иной статьи какого-либо из кодексов конфликта. Так вот, я уверен, любой суд, даже находящийся, как нынче принято, под постоянным прессингом, примет сторону «Ветерана». В противном случае председательствующему, чтобы не опозориться на весь белый свет, лучше сменить профессию.

{flvremote}http://www.krug.com.ua/public/video/0911/15/OTRAGENIYA_189.flv{/flvremote}

Но что до всего до этого Костусеву. Его мэрия – в книге Гиннеса. Он – герой светской хроники рядом с леди Га-Га и, скажем, Максимом Галкиным. Те отдыхают где-нибудь в Монако. Он уже в третий (или четвертый?) раз сбегает с работы, чтобы потусоваться в далеких, теплых краях. Без этого его многотрудная жизнь дала бы трещину. Знаете, мне нет никакого дела до того, действительно ли Костусева раздевали в израильском аэропорту, заподозрив в употреблении или перевозке наркотиков; правда ли, что ему зондировали желудок и прочие места с целью обнаружения запретного груза, или все это -- досужая болтовня. Но тот факт, что врио городского головы, сказавшись больным, снова сбежал с работы, а потом всплыл, воспользовавшись безвизовым режимом, на территории дружественной нам ближневосточной страны, -- этот факт нельзя опровергнуть. Как нельзя отрицать и то, что пренебрегший присутствием на им же назначенной внеочередной сессии горсовета Костусев на следующий день ничтоже сумняшеся вышел на люди и выглядел при этом совершенно здоровым; что заму врио городского головы исполнять его обязанности на время отсутствия начальника было велено приказом, изданным противу всех правил, задним числом. Думаю, и диппаспорт нардепа наш герой предусмотрительно не сдал в свое время, а приберег как забавный сувенир, который иной раз может пригодиться.

До появления на городской арене Костусева все знали, что городской голова, как особа ответственная за все происходящее в городе и публичная, не имеет права покинуть своего поста без соблюдения предписанных протоколом норм. А это – загодя подписанный приказ о том, кто будет руководить исполкомом в отсутствие мэра; направление на лечение, если оно необходимо, в конкретную больницу, с конкретными реквизитами, чтобы весьма важную персону можно было бы беспрепятственно найти; извещение в СБУ о своем местопребывании, учиненное с той же целью. И только в отпуск он имеет право сходить, как обыкновенный смертный, -- раз в год. Однако Костусеву, легковесному, как пчелка, весело перелетающая с цветка на цветок, все это невдомек. Даже странно, что он не переносит амброзию. Лучше бы собирал с нее, как положено, нектар и не вводил публику в заблуждение громкими жалобами, вызывающими у порядочных людей вспышки политической аллергии.

Что бы ни обещал Костусев одесситам, о чем бы ни беседовал сурово и непреклонно со своими замами, все это -- самый обыкновенный спектакль, рассчитанный на дурачков. Вот совсем недавно он делал выговор и заму, и начальнику Парксервиса по поводу приведения диких одесских парковок в надлежащее состояние. Назначал смешные сроки, в течение которых они должны были радикально измениться. Сроки эти давно прошли. И всякий одесский водитель знает, что на парковках ничего не произошло. Все те же дядьки, весьма часто звероподобные и лыка не вяжущие от выпитого, тянут к вам лапу за мздой, после чего забывают о машине до тех пор, пока вы не станете выруливать на проезжую часть. И никто из них не вручит вам фискального чека или какой-нибудь завалященькой квитанции, где зафиксирована потраченная вами сумма.

Точно так же выполняются иные распоряжения врио городского головы. Иногда кажется, что его ближайшее окружение относится к нему как к потешной фигуре, со всеми причудами которой следует соглашаться, что бы эта фигура ни несла. Соглашаться, не собираясь, естественно, всерьез предпринимать какие-то действия. А Костусев, будучи гражданином амбициозным и дезориентированным, и в политике, и вообще в пространстве, чувствует себя при этом вершителем судеб, мессией, гуру, господом богом, и лицо его, изрядно раздобревшее на хороших мэрских харчах, не отягощенное внятной мыслью, выражает единственную любезную ему эмоцию – гнев в адрес тех, кто посмеет ему противиться.

Костусев у нас всегда либо гневается, либо витийствует, либо лжет. В других состояниях вы его никогда не застанете. По крайней мере, на виду у всех. Повышенная эмоциональность позволяет ему обходить в дискуссиях с оппонентами щекотливые места. Как только что-то не по нему, как только его спросят о тарифах или, например, об аэропорте, он одергивает собеседника, начинает рассуждать о русском языке и красных флагах; клянется в ничем не подтвержденной дружбе с Деревянко; упоенно повествует об итальянском периоде своего существования, когда, по одной версии, едва сводил концы с концами, а по другой, зарабатывал большие миллионы. При этом наш врио городского головы еще и безумно труслив. Он пуще смерти боится уронить свой авторитет, не понимая, что никакого авторитета давным-давно нет; что его одесситы раскусили уже через месяц-другой после воцарения в чужом кресле.
Чем, кроме патологической трусости, можно объяснить его наезд на Дворец Культуры им. Леси Украинки, где должно было проходить организованное «Фронтом зм1н» собрание, на котором предполагалось потребовать немедленной отставки Костусева? Тот прекрасно знал, что референдум с единственным вопросом о его отзыве, благодаря нашим удивительным законам, не может состояться, если городские власти против. Помнится, Костусев и его подельники в недавнем прошлом, когда попытались инициировать городской референдум, направленный против Гурвица, который в отличие от них никого не боялся, собирались сколько и где хотели, пускали по рукам подписные листы; устраивали громкие провокации. Конечно, сейчас они могут заявить, что тогдашняя мэрия им мешала, хотя доказать это невозможно, и тот референдум, на самом деле, захлебнулся в самом начале – нужного числа подписей собрать не удалось, а партия регионов еще не набрала достаточно силы. Но допустим на мгновение, что все их претензии к насильственно смещенным городским властям имеют под собой основания. Отчего же они, вчерашние внутригородские оппозиционеры, сегодня препятствуют осуществлению демократической инициативы «Фронта зм1н»? Неужели они и правда боятся, что люди проголосуют против них, наследников Ришелье и прямых потомков Дерибаса? Если так, грош им цена. А потому каждому, кто знает, чего на самом деле стоит наш врио городского головы, следует придти 23 сентября в 17.30 в культурно-равлекательный центр на улице Стуса, 2-б/7 и проголосовать за нормальное будущее своего города. Это будет правильным и своевременным.

Валерий Барановский
Авторская программа «Отражения»
Одесса

    powered by CACKLE