Александр Дмитриев: Талант художника и человека

В зимние холодные дни ушел из жизни известный одесский художник, керамист, скульптор, живописец Александр Владимирович Дмитриев, ему было 67. Умер в больнице, неожиданно для всех… Его кончина стала невосполнимой для многих. Пока боль утраты еще очень остра, а человеком он был удивительно добрым и душевно чистым, в первую очередь, хочется сказать о его замечательных личных качествах.

Профессионализм мастера, «эстета» высшей пробы был отмечен еще при жизни, он пользовался большим уважением коллег, при этом карьеры не сделал. И даже ожидаемое звание Заслуженного деятеля искусств Украины ему не дали из-за внезапной смерти. Хотя решение было принято, утверждено, но посмертно звания не присваивают. Не будем сейчас говорить о возможности присвоить такое звание за заслуги в развитии искусства тем людям, которые ушли в мир иной много лет назад, но, в отношении тех, чьи кандидатуры рассматривались еще при их жизни и кто, по решению советов и комиссий, все же был удостоен этого… Смертью не перечеркивается труд жизни человека, тем более художника, чьи произведения остаются с нами.

Но вернемся к А.В.Дмитриеву. Скромный и интеллигентный, он никогда не расталкивал локтями своих ближних и дальних, и потому, как было сказано, награды и привилегии оказались, в общем-то, вне его жизненного пути. Хотя, по большому счету, он не слишком стремился к их получению, то есть это никогда не было для него самоцелью. Гораздо больше художника волновала погруженность в творческий процесс, осваивание разнообразных его сторон, открытие новых граней жизни …

Вдумчивый полный анализ созданных им произведений еще предстоит, им было сделано немало, и нам следует внимательно отнестись к этому наследию. Но сейчас, пока свежа память, хотелось бы сказать об Александре Владимировиче как о человеке.

Дмитриев был большим эрудитом, знатоком различных областей человеческой деятельности, многим интересовался и многое умел делать сам. Наверно, широта диапазона его собственных дарований обеспечивала ему замечательную открытость другим, глубокую искреннюю доброжелательность и способность нести свет, мир, участие в полную всяческих несовершенств реальность.

Он был вполне светским и земным человеком. Ценил вкусную пищу и напитки, ему нравилось самому готовить, он любил и умел танцевать, шутить, лукаво подтрунивать… В Александре Владимировиче не было ни грана пафосности, даже наоборот… И при всем том, сейчас видишь, как в этом веселом, легком джентльмене явственно проступали черты… миротворца.

Он мог принять и вместить в себя, в свою душу многое и многих. В артистической среде, где болезненная амбициозность, зависть и соперничество, увы, столь часты, Дмитриев занимал позицию удивительной чистоты и бескорыстности. Художники-профессионалы говорят о том, с какой щедростью он делился тем, что знал и умел. Причем с ним так было всегда, и его ничуть не изменили новые условия и правила жизни. С каким подлинным великодушием он относился к молодым, искренне радовался их успехам! Будучи мягким и неконфликтным человеком, с каким тактом и одновременно принципиальностью он становился на защиту других…

Дмитриев был той редкой личностью, которая проявляла внимание и сочувствие к другому не потому, что так предусмотрено правилами вежливости или, тем более, не потому, что это могло принести ему какую-либо личную выгоду, а оттого что он по-настоящему искренне любил людей. С ним хотелось делить и трудные, и радостные моменты жизни. И в этом состоял его большой человеческий талант…

Вера Савченко,
член НСХУ, искусствовед

    powered by CACKLE