Одесские СМИ: Памяти Анны Яблонской

 На прошлой неделе в Одессе простились с Анной Яблонской, талантливым драматургом, поэтессой, погибшей в результате теракта в московском аэропорту «Домодедово».

На отпевание в Спасо-Преображенский кафедральный собор и на Таировское кладбище, где похоронили Аню, пришли десятки одесситов.

Анна Яблонская — автор более десяти пьес, она не раз становилась победительницей престижных литературных и драматургических конкурсов. Стихотворения и эссе Анны публиковались в журналах «Октябрь», «День и Ночь», ее сценарии получили признание киноконцерна «Мосфильм». Анна Яблонская (Машутина) родилась в Одессе 20 июля 1981 года. Окончила среднюю школу №29, Одесскую национальную юридическую академию.

Лучезарная голубоглазая девочка, дочь одесского журналиста Григория Яблонского, местным «акулам пера» запомнилась своим участием в конкурсе «Мисс-пресса», на котором в 1997 году она заняла второе место. Коротенькая юбочка, кофточка и пилотка на светловолосой голове стали «экстравагантным» костюмом для одного из конкурсов тогда еще школьницы. Спустя десять лет она признается, что тогда, в силу своего юного возраста, рядом с относительно взрослыми участницами почувствовала некую неловкость и растерянность. Возможно, поэтому признание жюри и приз зрительских симпатий (прыжок с парашютом) стали для нее полной неожиданностью. Говорят, она боялась летать в самолетах, но этот страх не помешал ей воспользоваться «зрительским подарком» и потом еще много раз добираться на воздушных лайнерах в пункты назначения.

Не стал исключением и злополучный рейс номер UN208. В этот день, 24 января, в Москве Аня за свою пьесу «Язычники» должна была получить премию конкурса сценариев «Личное дело-2010» от престижного журнала «Искусство кино». На церемонии ее не дождались. О взрыве знали, но в списках потерпевших она не значилась. Решили, что одесситка просто не может вырваться из аэропорта, надеялись, что все в порядке, что в аэропорту блокируют телефонные вызовы или сумка потерялась в суматохе, но…

«К ужасу все подтвердилось... Я тоже не хотел верить. Но поговорили бы вы по телефону с ее мужем Артемом, когда он сказал: «Ани больше нет...» — написал в своем блоге драматург Михаил Угаров.

Артем узнал о смерти жены по телефону от сотрудника спецслужб, который ответил с ее мобильного.

— Когда самолет приземлился в «Домодедове», она позвонила мужу и сказала: «Я прилетела, жду такси», — рассказывает свекор А.Яблонской Владимир Машутин. — Узнав о теракте, начали ей звонить, но телефон молчал... Потом сыну позвонили по ее телефону, сказали, что погибла прямо там, сразу... Она не знала, что получит премию. Она говорила, что будет небольшая тусовка. Полетела...

За три дня до трагедии Аниной дочке исполнилось три года, а погибла молодая женщина накануне дня рождения Владимира Высоцкого. Как здесь не вспомнить его строчку: «Кто кончил жизнь трагически, тот истинный поэт…».

По словам Алины Протасевич, преподававшей в Анином классе русский язык и литературу, уже в школе Аня проявила себя как талантливая поэтесса.

— Первое, что вспоминается, это голубые бездонные глаза и пшеничного цвета волосы, которые у нее всегда были распущены, — говорит классный руководитель Ани Людмила Лавринова. — Этот ребенок был как русалочка, она всегда улыбалась, никогда не грустила… Никогда…

Юридическое образование не сыграло основополагающую роль в Аниной карьере. Ее влекло к литературе, поэзии. В 2000-х занялась драматургией и сразу обратила на себя внимание критиков. Первым Яблонскую «открыл» российский театровед Павел Руднев.

— Яблонская — один из самых ярких драматургов новой волны, — считает он. — Она была вдохновительницей и идеологом «женской линии» в русскоязычном театре. Причем парадокс в том, что линия эта совсем не женская, очень жесткая, не сентиментальная. Аня, как та кошка, которая всегда приземляется на четыре лапы, заканчивала свои работы победой жизни над смертью. В ее жестоком, чудовищном, очень страшном мире всегда была надежда и какой-то настрой на позитив...

Совсем недавно критики о ней писали: «Анна Яблонская нынче находится в «обойме» самых удачливых и перспективных молодых драматургов в новой русской драме». Говоря о ее таланте, называли надеждой украинской и российской драматургии. Но почему-то в Украине ее творчество оставалось почти незамеченным, заслуги отмечались в России, Германии, Голландии…

…Сразу после громкого хлопка по залу крупнейшего в России аэропорта с убийственной скоростью разнеслась начинка взрывного устройства. Тридцать пять погибших и около двухсот раненых… Но Аня этого уже не видела. На лице девушки, прибывшей в Россию без багажа и торопившейся на литературную церемонию, застыло удивление. Роковой осколок попал прямо в сердце — мгновенная смерть…

— Последние два месяца я репетировала в «Театре.dоc» спектакль «Язычники», — не может сдержать слез режиссер Ольга Лысак, прилетевшая в Одессу проститься с Анной.

— 17 декабря была сдача спектакля, на которую Аня должна была прилететь. Но в этот день в аэропорту Одессы обледенела полоса — пассажиров два часа продержали в самолете, а потом отменили рейс. Мы ее ждали до самого последнего момента, но Аня позвонила и сказала, что, к сожалению, прилететь не получается. Прогон она не видела...

Приехав домой, Анна написала в своем электронном дневнике: «…это всегда так происходит. Сегодня в Москве сдача «Язычников». И сегодня в Одессе (именно сегодня!) — снегопад, метель, ветер, нулевая видимость, и аэропорт закрыт». А 21 декабря написала единственную фразу: «Мне кажется, у меня осталось очень мало времени».

— 24 января в 16.05 Аня организаторам конкурса прислала sms-сообщение о том, что самолет приземлился и она скоро будет, — продолжает Ольга Лысак. — Я в это время ехала из Рязани в Москву. Мне позвонил Михаил Угаров около 16.56 и спросил: «Оля, Аня к тебе летит в Москву?». Спросил, есть ли у нее московский номер, пояснив, что на одесский телефон ей никто не может дозвониться, что никто ничего не понимает, а в «Домодедове» произошел теракт. Я сразу начала звонить Ане, но было занято, вот и решила: все в порядке — она с кем-то разговаривает. Потом все время шли длинные гудки, и только в одиннадцать вечера мы узнали, что в тот момент, когда ее телефон был занят, сотрудник ФСБ уже сообщал о несчастье Артему...

Для нас смерть Ани — большая потеря, она один из самых сильных драматургов, большая ценность для литературы, искусства и просто для нас, друзей. Меня удивляет, что в Украине многие не знают, кто такая Анна Яблонская. Как ее могли не знать?! Такое невнимание к талантливому человеку поражает! Помнится, когда Аню пригласили на семинар в Англию, а за участие требовалось заплатить триста долларов, Украина ей в этой поездке отказала. В этом плане мы ей помогали. Сейчас у нее был такой взлет, киношники говорят, что на ее сценарий образовалась очередь… Только она начала набирать обороты, ее начали признавать… и жизнь оборвалась…

3 февраля в Москве пройдет вечер ее памяти, в библиотеке Гайдара проведем читку ее первой пьесы «Монодиалоги». Аня была нежным, тонким человеком. Светлая ей память…

Зара Абдуллаева, кинокритик, член отборочной комиссии конкурса журнала «Искусство кино» «Личное дело-2010»:

— Когда мы оповещали людей, чтобы присылали нам сценарии на конкурс, ждали каких-то текстов, желательно талантливых. И конечно, мы послали информацию так называемым авторам «новой драмы». В «Искусстве кино» много печатали этих авторов, но когда к нам попали в руки «Язычники» Анны Яблонской, мы рот раскрыли. И я скажу, почему. Среди семнадцати текстов, попавших в шортлист, есть два-три высочайшего, даже неожиданного пилотажа. Когда жюри читало, то все говорили про два текста, один из них — «Язычники». Мы стали показывать режиссерам и продюсерам, в частности я. И меня спрашивали: «Ну, хорошо, а вот что ты думаешь?». Я отвечала: «Если вы хотите и готовы и есть у вас внутренние силы на «бомбу», то надо снимать «Язычников». Перечитайте, если вы еще не въехали в этот текст». Ужасно, что это слово «бомба» так жутко отозвалось.

Режиссер театра «Тур де Форс» Наталья Князева — практически единственный человек в Одессе, кто ставил спектакли по пьесам Яблонской:

— Это ужасно, то, что произошло… Каким она была человеком? Она была просто человеком — неважно, каким она была. Она была поэтом, и у нее в голосе была музыка, понимаете? Она обладала такой значимостью слова, которая могла переворачивать всю душу... Ужасно в этой истории то, что мы вот-вот должны были начать репетицию спектакля!.. Договорились ставить пьесу... Никто не имел права любовь, которую несла эта девочка, омрачить какой-то дрянью политической, в которой мы все погрязли, задыхаемся и умираем!

Будучи совсем юной, Аня о себе написала: «Моя фамилия Яблонская. От того, наверное, люблю я яблочный сок, яблочное варенье и откликаюсь на имя Яблочко, а иногда даже и на Грушеньку. Живу во фруктово-овощной стране Украине, в морском городе Одессе... Пишу рассказы чернилами с яблочным вкусом… Люблю жизнь, людей и людей в жизни, то есть их игру, радости и печали от начала до конца».

А это одно из последних стихотворений Анны:

Я пью еле теплую воду с осколком лимона.
Мне нравится город. Соскабливать шрамы с предплечий.
Портовые краны и люди, живущие моно,
Когда-то обрушат балконы свои в бесконечность.
Я ем пироги, начиненные звуками линий.
Мне нравятся бланки, пустой незаполненный почерк.
Меня расфасуют в кувшины из солнца и глины,
А может быть, просто в железные звонкие банки.
Я стану читать анатомию сна и момента.
Закутаюсь в нежность, иду за космическим плугом.
И может быть, стану, возможно, не музыкой, но инструментом
В руках человека с таким же серебряным кругом.


Лариса КОЗОВАЯ.

httpss://yug.odessa.ua

    powered by CACKLE