Письма издалека, или Привет от Руслана Борисовича

 …И вижу я сон. Дерибасовская вновь превращается в «китайский базар»: лотки, киоски со всякой ерундой. На месте уничтоженной гостиницы «Спартак» высится такая же уродина, сестра-близнец магазина «Европа»

с названием то ли «Россия», то ли «Европа-2». Во сне не разглядела. Куранты на Думской площади «поют» голосом Костусева — любителя последней буквы алфавита. Гончаренко делает карьеру главного шоу-затейника по организации митингов и пикетов имени себя и в поддержку себя с помощью десяти верных ему бабушек. Иногда голос Костусева обрывается на полуноте и трижды неудачник выборов мэра начинает отчитывать зарвавшегося чересчур амбициозного сына, грозя карой — отстегать его отцовским ремнем.

Мусор убирает фирма «Союз — свалка — Марков». Управление информации горсовета переименовано в «Фабрикант-инфо», а культурой (культурой!) заведует Гриша. Просто Гриша. Физио-номия с экрана. И теперь самыми «культурными» словами и выражениями считаются «мерзавцы», «подонки», «тупые рыла», «клинические идиоты», «козел», «брехло придурочное», «конченые негодяи»… И так дальше, и так дальше… «К чему бы это?» — проснувшись, подумала я. Что-то ускользающе-смутное напомнили мне эти «и так дальше, и так дальше…». Но память не подвела. Утром в Интернете на одесских сайтах гуляло обращение к одесситам изгнанника, пять лет топчущего берега Невы, Руслана Боделана. А вскоре и наша газета получила на электронный адрес сей опус. «Интуиция, однако» — подумала я. «А то!» — ухмыльнулась интуиция. «Дорогие одесситы! — шмыгнув носом и сделав вид, что не замечаю стилистические и пунктационные «негаразды» (и то верно: чай, не филолог Руслан Борисович, всего-навсего поэт-любитель), начала читать я обращение.

— В последние дни ко мне поступают многочисленные звонки от жителей города, от представителей средств массовой информации с просьбой прокомментировать последние политические события в Украине, высказаться о моих личных планах…». «Надо же, — расстроилась я, — полгорода в очередь на звонок Руслану Борисовичу выстроились, а у нас до сих пор нет номера его телефона». И мне стало стыдно перед одесситами. «Действительно, зачем читателям знать мнение о текущих событиях наших штатных политобозревателей, политологов местного и всеукраинского масштабов, самих политиков, — продолжала расстраиваться я. — Такой человечище пропадает без дела! Столько лет мы жили без его комментариев и политобозрений, не знали, не ведали о его личных планах! А сколько на гонорарах бы сэкономили, ведь, ясное дело, не денег ради, а токмо из-за любви к искусству поговорить и исповедоваться могло состояться наше сотрудничество…». Я опять уткнулась в текст обращения. «А теперь по сути поставленных вопросов отвечаю…».

Через две строчки мне стало скучно. «А чего ты хотела? Каких таких политоткровений Боделана? — начала заводиться я. — Ну «предстоит Виктору Федоровичу огромная и тяжелейшая работа по стабилизации всей жизни в Украине», ну «предстоит преодолеть сильнейшее сопротивление своих оппонентов и недругов», ну убежден Боделан, что Янукович «сумеет справиться с этими задачами, опираясь на широкий круг людей…». И так дальше, и так дальше. Перед ртом-то, как говорится, канавы нет. «Что касается моих личных планов, — делится Руслан Борисович (это поинтереснее будет). — Они заключаются, прежде всего, в восстановлении справедливости и законности в рассмотрении обвинений в отношении меня». Для Руслана Боделана «совершенно очевидно» (как считает изгнанник, и для многих одесситов, но это далеко не факт), что он «подвергся преследованиям по политическим мотивам», и «уголовное обвинение» против него «беспочвенно и антизаконно». «На протяжении вот уже почти пяти лет я пытаюсь это обвинение обжаловать (напомним: 27 апреля 2005 года прокуратура Одесской области возбудила уголовное дело по факту злоупотребления служебным положением, на допросы в прокуратуру Боделан так и не явился и вскоре был объявлен в международный розыск. — О.К.), всегда был и остаюсь готовым к сотрудничеству со следствием. Я никогда и ни от кого не скрывался, но все мои обращения игнорировались и не рассматривались…».

«Вот тебе, бабушка, и Юрьев день! — не удержалась в мыслях я. — Человек пять лет обивает пороги правоохранительных органов, предлагает свое сотрудничество, а они нос воротят?! Сплошное издевательство!». Тогда, может, не стоило Руслану Борисовичу спешно уезжать из Одессы в Санкт-Петербург, где ему пришлось устраиваться заместителем начальника порта по организации связей с государственными и общественными организациями, а ведь такое устройство — дело хлопотное, без большого блата не обойтись, не правда ли? Может, стоило сразу же прийти на Пушкинскую в областную прокуратуру и сказать: дескать, стою я перед вами, уважаемые следователи, простой одесский экс-мэр, жизнью битый, недругами нелюбимый, но я чист перед законом и людьми… В таком случае, может, пяти лет изгнания и не понадобилось, следствие решило бы: или пан, или пропал Руслан Борисович.

А теперь ищи-свищи ветра в поле, то есть в Санкт-Петербурге. Вот и глава СБУ Валентин Наливайченко, будучи недавно в Одессе, сказал: в деле экс-мэра Руслана Боделана нужно поставить точку, он должен вернуться в Украину и ответить на вопросы следствия. Более того, СБУ готова и дальше предоставлять содействие в расследовании: «Как законопослушный гражданин — или России, или Украины — Боделан должен сотрудничать с украин-ским следствием и помочь поставить точку в деле». Такой «точкой», пояснил Наливайченко, может быть либо передача материалов в суд, либо, если следствие не найдет оснований для предъявления обвинений, прекращение дела. Бедный Валентин Наливайченко — он ведь не в курсе, что Руслан Борисович вот уже пять лет предлагает следствию руку и сердце (а кто был «в курсе»? Если бы не обращение Боделана, так бы и не узнали).

И вовсе экс-мэр Одессы не скрывается за широкой спиной Российской Федерации, просто… Просто билет в Одессу, видимо, трудно из Санкт-Петербурга купить — поезда и самолеты битком набиты, да и с работы не отпускают. Ну очень ценный кадр. Валентин Наливайченко, правда, не исключил, что если Руслан Боделан принял российское гражданство (зачем вам это, Руслан Борисович, ведь вы «никогда и ни от кого не скрывались»?), то на вопросы следствия он может ответить на территории Российской Федерации. Смешно, уважаемый глава СБУ, вы уж извините.

Тут уж или наши не хотят, или Россия дулю показывает. Впрочем, Валентин Наливайченко уточнил: делом Боделана занимается не СБУ, а органы прокуратуры, и что персоной нон-грата экс-мэр не является, то есть ему не запрещен въезд в Украину. И чего вы боялись, Руслан Борисович? Приехали бы в Одессу, да и посмотрели, как город изменился после вас. В лучшую сторону. Ну теперь-то вам полегче будет — «свои» в стране к власти пришли. Но вернемся к «исходнику». В своем обращении Р.Боделан пишет, что, конечно, хочет вернуться в Украину, но все это «зависит от торжества закона»: «Чем я займусь, вернувшись на Родину?

Откровенно говорю — не знаю. Я знаю только одно — что я еще готов послужить народу Украины, послужить своему родному городу, области, и меня совершенно не беспокоит, на какой должности это можно будет делать». «На пенсии, — мысленно ответила я Боделану, но тут же одернула себя. — Надо же, как поиздержался Руслан Борисович, неужели на общественных началах работал в Санкт-Петербурге, а пенсионного обеспечения не хватает?». Однако и загнули вы, Руслан Борисович, насчет должности и служения родному городу и области: спасибо, отдыхайте. Помним, помним… А скучно будет — пишите стихи, хотя они, ну очень честно говоря, плохо у вас получаются. Прямо графоманство какое-то, но надуть кому в уши (словарь Владимира Даля) — ради Бога. Уши, как и бумага, стерпят. А лучше — дышите, коль приедете, одесским морским воздухом и вспоминайте о берегах Невы и Финском заливе… «Много вас таких «служителей» городу развелось. Плюнь в телеэкран — не промахнешься, — ворчу я, взбивая подушку на сон грядущий. — И чего мне неймется? Опять кошмары будут сниться…».

Ольга КОЛОГРЁВА.
yug.odessa.ua

    powered by CACKLE