Одесса: люди жалуются, стон стоит, но их не слышат (ФОТО)

 Крышу дома №128 по улице Мечникова коммунальные службы не ремонтировали несколько десятилетий. Но жильцы верхнего, четвертого этажа все равно не теряют надежду, что когда-нибудь их кровлю

все-таки отремонтируют,  и дожди в их квартирах прекратятся. Квартплату жильцы вносят исправно и долгами не грешат. Фасад этого дома выходит на улицу Мечникова, а вход в него расположен во дворе дома № 1 по улице Генерала Цветаева. Следует сказать, что по этому адресу (улица Генерала Цветаева, 1) находятся несколько старинных домов, в которых около ста сорока квартир. Дома образуют некий прямоугольник, заключенный между Высоким переулком, улицами Генерала Цветаева и Мечникова. Дом №128 как бы «замыкает» этот прямоугольник.

 Жильцы называют свой дом «хрущевкой» и утверждают, что построен он в 1963 году. Если по году постройки дому трудно тягаться со своими историческими «соседями», то по количеству проблем он от них, к сожалению, мало чем отличается: на первом этаже жильцы мучаются с канализацией, на верхнем – с дырявой крышей.

 Женщины из второй и третьей квартир обратились ко мне, когда я поднималась по лестнице.

 — Канализационные трубы смонтированы так, что они постоянно забиваются, — сказала одна из них. – Чистим, чистим, а запах, как вы можете сами убедиться, не выветривается.

 На мой вопрос, жаловались ли они куда-либо, ответили, что в жилищно-коммунальном сервисе «Хмельницкий» об этом знают.

 — Жаловаться бесполезно, вряд ли что-то изменится, только с соседями нас поссорят, — вздыхает женщина. — Каждый раз нам пытаются намекнуть, дескать, виноваты они — жильцы верхних этажей, а на самом деле с канализацией надо что-то делать. Так жить невозможно…

 Поднимаюсь на четвертый этаж. Здесь в трех квартирах протекает крыша. Хозяйка одной из них Светлана Нестеровна приглашает меня в комнату и показывает прогнувшийся из-за затекания потолок.

 — Во время ливня, — рассказывает она, — у меня в углу комнаты всегда стоит тазик для сбора воды с потолка. Разве это нормально? Разве так можно жить? Я – вдова, тринадцать лет, как похоронила мужа. В доме живу тридцать шесть лет. На зарплату медработника поликлиники в тысячу триста гривень крышу не отремонтируешь. За работу надо заплатить, шифер купить, а там еще и стропила прогнили от долгого затекания. Их тоже надо заменить. На нашей лестничной площадке только один сосед смог позволить себе такие расходы. С 2004 года над его трехкомнатной квартирой хорошая крыша, а остальные три квартиры бедствуют и ждут милости от коммунальщиков.

 По словам Светланы Нестеровны, в 2004 году прежнее руководство ЖЭКа закупило шифер для ремонта кровли этого дома. Шифер сгрузили в один из дворовых гаражей, где он пролежал несколько месяцев. Вначале вроде бы собирались провести собрание жильцов и распределить шифер, но так и не провели. От вопросов по поводу крыши бывшая начальница коммунальной структуры только отмахивалась. «Шифер есть, берите и делайте», — говорила она.

 По словам моей собеседницы, отремонтировать крышу за свой счет, но с использованием шифера, приобретенного за бюджетные средства, смогли несколько человек. У остальных финансовое положение было настолько тяжелым, что не получилось даже скооперироваться. Не помогло даже обещание коммунальщиков внести затраченную сумму в счет квартплаты.

 — Нам негде было взять такие деньги, а ЖЭК, кроме шифера, ничего не предлагал. Задолженности по квартплате у нас не было, но добиться  ремонта мы так и не смогли, – вспоминает Светлана Нестеровна. – Оставшийся шифер позже был распродан. Люди приобрели его для крыш гаражей и сараев. Начальницу ЖЭКа вскоре уволили, а мы так и остались с дырявой кровлей. В прошлом году еще град изрешетил ее, теперь там вообще ужас. Над квартирой есть чердак, который во время ливня наполняется водой. Вода с чердака течет по потолку, так как протекают стыки бетонных перекрытий. Вода на чердак просачивается не только через разбитый шифер, но и через специальный лаз, который мы называем слуховым окном. Лаз предусмотрен для обслуживания крыши, но крепление его крышки негерметичное. Что говорить? Нужны хозяйские руки. 

 В разговор включается Татьяна Петровна, соседка из смежной квартиры, прожившая в доме тринадцать лет. У нее те же проблемы с крышей. Она обращает мое внимание на потолок над лестничным пролетом. Он почернел от постоянного промокания.

 Обе женщины наперебой рассказывают, что у них делается во время ливня:

 — Звоним в жилищно-коммунальный сервис. На наш звонок реагируют и к нам направляют кровельщика. Тот приходит и сообщает, что, во-первых, ЖКС ему ни за что не платит и материалы не дает. Во-вторых, в ливень на крышу он не полезет, придет позже. После этого кровельщик уходит и уже не возвращается.

 По словам женщин, рабочие, называвшие себя кровельщиками, говорили одно и то же, но, надо отдать должное, деньги не вымогали.

 Дорого, около пятисот гривень, обошлась жильцам водосточная труба, выходящая на улицу Мечникова. Когда старая труба пришла в негодность, а потоки воды стали заливать не только потолок, но и стены, пришлось нанимать специалистов за собственные средства. В ЖКС, понятное дело, денег, как всегда, не нашлось. 

 Светлана Нестеровна рассказала, что прошлогодний летний отпуск целиком  потратила на то, чтобы добиться ремонта крыши, но все ее хождения оказались бесполезными.

 — В приемную депутата горсовета (называет фамилию депутата. – Авт.) я ходила, как на работу, но он в приемной не появился. Начальник участка ЖКС «Хмельницкий» мне говорил: «Будут деньги — отремонтируем». И прятал в сейф мою очередную жалобу.

 Копий жалоб Светлана Нестеровна не делала, в ЖКС их не регистрировала и, соответственно, даже отписок не получала. Ее соседи предпочитают жаловаться лишь по телефону.

 Однажды женщина сгоряча сказала, что платить за квартиру больше не будет, пока ей не отремонтируют крышу, но ее «заявление» ни на кого не произвело впечатления. Коммунальщики к такому привыкли. Как нормальные люди, они, вероятно, тоже понимают, что за их бездеятельность платить не следует, и что жильцы правы.

 Вместе с тем Светлана Нестеровна, как и ее соседи, регулярно оплачивает все услуги и антиуслуги. Накапливать долги не в ее правилах, а официально квартплату ей никто не отменял:

 — Как я могу не платить? Если долги накопятся, как их потом возвращать? Ежемесячная плата восемьдесят семь гривень, а за год сколько это получится?

 Конечно, если, скажем, посчитать, то получится немало, а если то, что получится, еще умножить на тридцать шесть лет проживания в доме, — выплаченных денег хватило бы, чтобы покрыть крышу драгметаллом, а не каким-то шифером. Только денег-то этих нет, как нет и механизма их накопления. Об этом «Юг» подробно писал 17 ноября 2012 года в статье «Найдут ли хозяина?». В ней речь шла, в частности, о том, что люди, ежемесячно выплачивающие ремонтную составляющую, зря надеются на то, что в их домах сделают ремонт.

 Миф о так называемом накопительном фонде так и остался мифом. Специалисты по жилищно-коммунальным вопросам знают, что его не было даже в советское время, но тогда хоть существовала солидарная система. Если вдруг требовался ремонт, то деньги снимали с других статей расходов, и дом ремонтировали. Сейчас нет и этого.

 Если бы накопительный фонд, на который так надеются люди, существовал, то был бы соответствующий закон, прописывающий механизм накопления и выплаты средств. Был бы закон о налогообложении этого фонда и об обязательных льготах, предусмотренных для него, поскольку нельзя допустить, чтобы средства на ремонт домов облагались налогами. Но нет таких законов, деньги утекают в никуда. Жилищно-коммунальные сервисы тратят собранные с населения деньги по собственному усмотрению, совершенно не заботясь о техническом состоянии домов.

 Вот почему пока жильцы как просители обивают властные пороги, пытаясь добиться того, за что сами заплатили, жилищный фонд города ветшает с катастрофической скоростью.

 Возьмем тот же дом №128. Со стороны улицы Мечникова под одним из балконов второго этажа на обрубке ржавой арматуры висит, как маятник, большой кусок бетона. Видимо, зацепился, не долетев до земли, но разве коммунальные службы этим обеспокоены?

 В доме, стоящем почти вплотную к дому № 128 (улица Генерала Цветаева, 1) опять же проблемы с кровлей. Со стороны двора это можно увидеть, подняв голову вверх. Полуразрушенный карниз, промокшие стены, обезображенные оконные проемы…

 Жильцы двух коммунальных квартир этого дома звонили в редакцию «Юга», жалуясь на то, что их квартирам неминуемо грозит обрушение, и это только дело времени. Причина – протекающая крыша. По их словам,  сделать капитальный ремонт им обещали много лет назад, но все заканчивалось тем, что их включали в очередной титульный список домов, нуждающихся в ремонте. И не более.

 К сожалению, они не назвали свои контактные телефоны, и встретиться с ними мне не удалось. Я не теряю надежды, что они перезвонят вновь, и мы обязательно увидимся.

 Но опять же о мифическом накопительном фонде и пресловутых титульных списках. Мне как журналисту, изучившему не один десяток историй, связанных с разрушением домов в городе, не приходилось видеть тех, кому сделан ремонт за бюджетные средства, согласно титульному списку. Нет и официальной статистики, свидетельствующей о том, что такие ремонты ведутся.

 Зато мне пришлось перечитать множество официальных ответов, направленных людям из райадминистраций города, из мэрии, из департамента жилищно-коммунального хозяйства. В них черным по белому написано, что тот или иной дом будет обязательно включен в тот самый титульный список. На этих официальных бумагах стоят подписи далеко не рядовых чиновников. Но разве им можно верить?

 Сколько раз отчаявшиеся люди, уставшие от хождения по высоким кабинетам, демонстрировали мне собранную ими «коллекцию» таких бумаг. Элементарный пример: на улице Средней, 27, где дом рушится по причине вросшего в его фундамент многолетнего дерева, хозяйке полуразрушенной квартиры из года в год, лет пять подряд, присылали отписки о включении дома в титульный список. Письма можно разложить, как карточный пасьянс, по годам. Но ремонта как не было, так и нет.

 Рассуждать о том, несет ли кто-либо ответственность за подобные письма, — дело неблагодарное. В упомянутой статье «Найдут ли хозяина?» приведено высказывание киевского юриста Татьяны Монтян, специалиста по жилищно-коммунальной сфере. Нынешнюю ситуацию она назвала «жилищной мафией» и привела множество тому доказательств.

 Но вернусь к проблемам тех домов, в которых мне пришлось побывать.

 — Дом старинный, с большой историей, с множеством жильцов, — рассказывает Евгения из сто тридцать второй квартиры дома № 1 по улице Генерала Цветаева. — Только жаль, что к нему так безответственно относятся те, кто по долгу службы обязаны его беречь. Все жильцы стараются платить вовремя, но дворника во дворе не увидишь. Я живу на втором этаже, сама зимой разгребаю снег, осенью подметаю листья. Все жильцы, у кого есть совесть, сами убирают двор, а он, как видите, весь перекопан. Никому нет дела до того, что его надо заасфальтировать.

 Евгения рассказала, что в их подъезде коммунальщики недавно заменили деревянный пол на бетонный, но лучше от этого никому не стало. Пол меняли в надежде избавиться от крыс, но крысы как бегали, так и бегают. Они прогрызли некачественно выполненную бетонную стяжку, в которую явно недовложили цемент. Теперь ЖКС списал деньги на ремонтные работы, а результат — нулевой.

 — В нашем флигеле (выходящем в Высокий переулок. — Авт.) за последние двадцать пять лет кровлю меняли только один раз, — продолжает Евгения. — Стены все сырые, с них сыплется штукатурка, которой тоже, как минимум, четверть века. За дом обидно — никто за ним не смотрит. На глазах рушится наша история, а что сделаешь?

 И в самом деле: кто-нибудь знает, что делать с обслуживанием исторического жилищного фонда? Догадываются ли жильцы о том, что львиная доля их платежей идет на зарплату работников коммунальной сферы, а не в эфемерный накопительный фонд?

 Вопросов больше, чем ответов. Ссылаясь на вышеупомянутую статью «Найдут ли хозяина?», хочу заметить, что инициатива должна исходить «снизу», то есть от людей. Они не должны стесняться бороться за свои права, и только тогда с этими правами будут считаться чиновники. Специалисты из Министерства жилищно-коммунального хозяйства, посетившие осенью наш город в связи с проведением реформы ЖКХ, сказали прямо: «Мы готовы поддерживать вас, но люди не жалуются».

 Люди жалуются, стон стоит, но их не слышат…

Елена УДОВИЧЕНКО // yug.odessa.ua

    powered by CACKLE