Наша одесская повседневность сегодня тоже полна парадоксов

 Чем дальше в лес, тем больше дров. Восьмой месяц городом руководит назначенная Киевом на прокорм команда. И теперь мы можем уже с полной уверенностью констатировать тот факт, что  для нынешней горадминистрации характерно полное, абсолютное пренебрежение мнением населения. Это определяющая ее подлинную физиономию черта.  Особенно заметной она становится, когда речь заходит  о хозяйственно-организационных проблемах, которых у нас предостаточно.

Если вы, хорошенько сосредоточившись, попытаетесь  вспомнить о каких-то серьезных действиях наших управленцев, которые  помогли нам жить; облегчили существование горожан хотя бы на йоту, вам, я в этом уверен, не удастся найти ничего мало-мальски стоящего. В памяти всплывут показательные и, в принципе, безрезультатные «наезды» Костусева на Привоз или Аркадию; его визиты в Европу, анонсированные как попытки привлечь внимание сытых демократий к нашим несчастьям; как поиски проектов, способных кардинально изменить наше трудное житье-бытье; заседания исполкома и сессии горсовета,  похожие единогласным одобрянсом и бездумным политическим накалом на памятные старшему поколению  партхозактивы и организованные парткомами плановые митинги.

Еще бы! Темы, которые в последнее время занимают все помыслы нашего домашнего парламента, даже самое раскованное, романтическое воображение не могло бы отнести к числу оперативно важных, злободневных. Я имею в виду  языковую дискуссию, переделку одесского герба, полемику об использовании 9 мая знамени Победы и так далее. Но ничего прозаического, ничего такого, что можно было бы пощупать руками; оценить, так сказать, собственным кошельком; увидеть в благоприятной для города перспективе, у вас в памяти, ручаюсь, не всплывет.

Вы не найдете ответа на вопрос, почему ни одно из предвыборных обещаний врио городского головы не только не было выполнено, но даже не рассматривалось им как практическое для себя задание. Где снижение несправедливых жилищно-коммунальных тарифов? Где увеличение в два с половиной раза городского  бюджета? Где рай земной, который он сулил нам немедленно и бесповоротно? Ничего этого нет, да и не могло быть. Напротив, каждая попытка нынешнего городского руководства отвлечься от идеологической трескотни и коснуться хозяйственных  задач оборачивалась провалом. И  чаще всего потому, что забыть о политическом противостоянии, а, главное, подавить в себе  ненависть к предшественникам, мстительный Алексей Алексеич не смог бы даже перед лицом вселенского потопа. Оттого – то -- это один из самых ярких примеров – и заставил налогоплательщиков, а теперь, наверное, заставит инвесторов снова платить за ремонт фасадов в историческом центре города, которые давно сияли бы чистыми красками, если бы по его указанию этот проект не
был остановлен на полувздохе, строительные леса безжалостно демонтированы и, следовательно, большие деньги не полетели бы коту под хвост. И это тем более грустно, потому что и хвастливые посулы привести город в надлежащий вид в 2011 году оказались пустым звуком – нынче речь зашла уже о 2012 годе.

Любому мало-мальски грамотному человеку было ясно, что, даже резко критикуя изгнанную в отставку администрацию, следовало бы ее толковые наработки использовать на все сто процентов. Но как тогда мог бы Костусев произносить бредовые речи о долгах, из которых вытекает, что Гурвиц, скажем, повинен в колебании курса твердых валют? Никак. Потому-то он, взамен конкретной работы, продолжает  бессмысленный словесный марафон, постепенно становясь все более хамоватым и отчаянным.  И в отношениях с подчиненными, и в обращении с несогласными. Быть может, видит, как скверно идут дела в Киеве, где над головой его промоутера Азарова, рекордсмена по части наращивания внешнего национального долга,   все плотнее сгущаются тучи  народного и президентского недовольства. Вон уже не только председатель Нацбанка Арбузов, но и Акимова, заместитель руководителя президентской админстрации начала отсылать публичные письма – своему прямому руководителю Януковичу, понятно. Все это обязательно приведет в обозримом будущем к правительственному кризису. И тут уж Костусеву придется покончить со своими сказками о  долгах, ибо перетряска коснется всей страны – можно и голову потерять. Вот он и нервничает.
 
Наша одесская повседневность сегодня тоже полна парадоксов.  Один из самых забавных  и поучительных – отставка недавно назначенного начальника СМЭПа, анархиста по убеждениям и бизнесмена по роду деятельности Вадима Черного, получившего этот пост в награду за всю ту напраслину, которую он во время выборов вывалил на голову Эдуарда Гурвица.

Соприкасался я с этим человеком достаточно давно; никакой  склонности к нему не питаю; знаю, что он принадлежит к числу весьма быстро реагирующих на изменения ситуации хищников и свою выгоду видит даже во сне. В свое время, когда  Черный выступал одним из претендентов на мэрский пост и понимал, что конкурентов не одолеет, он Гурвицу за кругленькую сумму переадресовать ему всех своих избирателей. В другом случае – уже при Боделане, с которым я тогда работал, а Черный недавно соперничал, -- готов был, владея активами 52-го телевизионного  канала, того самого, который много позднее перекупил Козаченко и назвал «Градом» – отдать его нам  при условии, что взамен получит  в свое распоряжение большой магазин «Ткани» на углу Ришельевской и Греческой и у него не станут отбирать торговые площади в «Пассаже». Таким образом, когда речь идет о Черном, к его партийным предпочтениям  относиться слишком серьезно не стоит. Но в том, что он наделен недюжинной деловой хваткой, умен и в осуществлении своих планов динамичен, изворотлив, хитер и достаточно эффективен, сомневаться не стоит.

Так вот, когда Черного назначили руководить дорожным движением в Одессе, я, предвидя неизбежный конфликт между ним и горисполкомом, пришел в полный восторг. И, как видите, был прав. Далеко не все начинания этого господина показались мне, как и другим одесситам, разумными. Так же, как не кажется, адекватным его заявление о том, что число автомобилей в Одессе, для такого города отнюдь не катастрофично, и нечего тут паниковать. Думаю, это было сказано для красного словца. Черный понимал и понимает, что, сколько ни меняй режимы работы светофоров, сколько ни перекраивай дорожную разметку, сколько ни манипулируй знаками, без серьезных развязок, стационарных паркингов, тоннелей, виадуков, хайвеев, ведущих в спальные районы, городу не обойтись.

Тем не менее, он активно действовал. В некоторых случаях его усилия принесли хорошие результаты. Это и карманы для левых разворотов, и суженные полосы, и полное перекраивание схемы движения транспорта в отдельных микрорайонах города. В других, ситуация ухудшилась, как, например, в переулке Шмидта. В некоторых так и осталась невероятно сложной – как на Екатерининской улице, от Троицкой до площади. И все таки, отказать Черному в том, что он, действуя методом проб и ошибок, полагаясь  на здравый смысл, многие узкие места на дорожно-транспортной карте города разрулил, нельзя. Однако нельзя  не заметить –  об этом он сам неоднократно говорил, -- и того, что вся его работа шла не благодаря согласному сотрудничеству с департаментом транспорта и горсоветом вообще, а вопреки им.
Я не буду цитировать высказываний Черного. Скажу только, что городское руководство попало с ним в цейтнот. Оно вознамерилось и его встроить в ту самую пресловутую вертикаль, о которой мы так много теперь слышим -- то есть, руководствуясь принципом неукоснительного подчинения внутренней дисциплине, когда шаг влево, шаг вправо считаются побегом и нарушитель подлежит расстрелу на месте, потребовало беспрекословного следования неписанным партийным установкам. А значит, читай между строк, не требованиям целесообразности, о чем бы ни шла речь,  а  каким-то договоренностям, скрытым от любопытных глаз личным мотивам – иначе говоря,  коррупционной схеме. Из этого, конечно же, ничего не вышло.  Недаром Черный, который в партийную вертикаль регионалов не вписался и не собирался вписываться, так много рассказал нам в последнее время о знаках, устанавливающихся  в угоду конкретным депутатам; о дорожной разметке, удобной определенным господам; о глупости управленцев с Думской и, особенно, деятелей из транспортного департамента; о финансировании его группы по остаточному принципу; о мздоимстве, ставшем нормой взаимоотношений среди чиновников и так далее.

Как вы понимаете, объем претензий Черного к исполкому и совету, а горадминстрации -- к нему, безответственно нарушившему круговую поруку молчания, скоро стал критическим. И Черного не спасло даже то, что он называл единственным человеком, благодаря которому столько продержался, Алексея Костусева.

Последнее чрезвычайно интересно. Особенно своим продолжением. Смотрите, врио городского головы вынужден был под давлением коррумпированных и беспомощных, по определению Черного бездельников, сдаться, утвердить отставку Черного. Но тут же он, по мнению того же главного анархиста, единственный светлый луч  в  темном царстве горисполкома, был назначен советником своего покровителя и патрона по борьбе с коррупцией. Бизнесмен до мозга костей; владелец двух сомнительных гостиниц, где номера сдаются на час, на два кому угодно и когда угодно; бывший мэр маленького Арциза, где  его именем до сих пор пугают детей; лукавец, который неоднократно заявлял, что все, что можно и нельзя в городе следует отдать в частные руки,  становится в Одессе главным гонителем коррупционеров. Остается сделать следующий шаг и рекомендовать его в начальники местной  таможни, милиции или СБУ. Возникает естественный вопрос: не он ли, начиная действовать на новом посту, присоветовал Костусеву отдать в частные руки 70 с лишним процентов имущественного комплекса аэропорта, за который Гурвиц и его команда год за годом бились с центральной властью, отстаивая права территориальной громады? Если так, нам остается самих себя только поздравить. А я позволю себе напомнить следующее. Даже такое крупное предприятие, как порт с его несколькими тысячами рабочих мест,  как бы ни настаивал на этом господин Павлюк, не имеет права называться градообразующим, или бюджетообразующим, что одно и то же, предприятием -- ведь он насыщает главным образом киевскую казну. Другое дело – коммунальное предприятие аэропорт,  которое после реконструкции сумело бы в существенной степени пополнить доходную часть местного бюджета, имеет право претендовать на столь высокий статус. Разумно ли его терять?     Вот вам и повод поразмыслить над тем, кому в руки мы отдали город на самом деле.

Помните  болтовню врио городского головы, который, кстати, помалкивает пока о том, кому он и на каких основаниях нацелился сбагрить аэропорт, о своей профессиональной команде?  Она оказалась настолько беспомощно-агрессивной, что даже хитрец и  дока Вадим Черный вынужден был, хоть и утверждает, что мы еще долго будем наслаждаться плодами его деятельности, поднять руки вверх. Насчет поезности этих самых плодов, особенно с новым его назначением, возникают  немалые сомнения. Да Бог с ним, с Черным. Куда хуже, что мы не знаем, сколько будем наслаждаться присутствием на Думской его единственного и верного друга Костусева. Вот это вопрос вопросов.

Валерий Барановский

авторская программа "Отражения"
Одесса

    powered by CACKLE