Экс-глава СБУ: «Майора Мельниченко пока трогать нельзя»

Бывший руководитель Службы безопасности Украины Валентин Наливайченко ответил в Одессе о своём отношении к нынешней активизации расследования убийства журналиста Георгия Гонгадзе:
- Отношение политической силы, которую я имею честь представлять, и отношение каждого украинца к "делу Гонгадзе" одно: дело должно быть расследовано до конца. Должны быть названы организаторы убийства. Должны быть названы - а они уже названы - исполнители. Более того: в июле 2009 года, когда я работал в СБУ, разыскали генерала Пукача, которого никто не мог найти. И это ключевой свидетель. Я убежден, что это дело сейчас получило законный ход именно потому что он начал давать показания сразу после задержания - за это я отвечаю за каждое слово. Мы сохранили этого ключевого свидетеля, когда я был при власти, сейчас задача этой власти и Генеральной прокуратуры - и хорошо, что они на это пошли - путем уголовных дел и расследований установить: кто отдал преступный приказ на убийство украинца, журналиста, простого человека,? И убийство представителями власти, представителями Министерства внутренних дел, причём находящихся на очень высоких должностях. В этом их особая общественная опасность. Я призывал и призываю всех, кто знает хотя бы что-то об этом убийстве, прийти и свидетельствовать в Генеральную прокуратуру. Нужно использовать это уголовное дело с тем, чтобы раз и навсегда в нашем государстве власть никогда больше не могла себе позволить убийство простого гражданина, журналиста.

- Вопрос к вам как к офицеру. Как по вашему мнению, нет ли в действиях майора Мельниченко предательства интересов службы? Или если есть формальные нарушения, то они нивелируются той пользой, которую он своими разоблачениями принёс обществу и государству?

- Я офицерское звание в СБУ не брал, я был государственным служащим, поскольку считал неморальным, придя из дипломатии, навешивать на себя генеральские погоны.
По сути вопроса. Я убеждён, что путем следствия, в том числе и расследования соответствующего уголовного дела, должны быть установлены в том числе и происхождение плёнок, которые представил миру майор Мельниченко, а потом господин Мороз, и аппаратура, на которой они фиксировались, потому что действительно это уголовное деяние. Вместе с тем, то, что до сегодняшнего дня нельзя было делать и сейчас нельзя: путём уголовного дела лишить господина Мельниченко возможности свидетельствовать в уголовном деле по убийству журналиста Гонгадзе - это является моим ключевым пониманием, пониманием  человека, который три года проработал силовиком и членом Совета национальной обороны. Надо дать возможность и Мельниченко, и кому бы то ни было другому, какие бы свидетельства у них ни были - на пленках, устные, другие - сейчас в рамках уголовного дела об убийстве журналиста высказаться, дать показания, ходить в Генеральную прокуратуру. И только после этого действительно уже можно переходить к расследованию того, каким образом были получены и записаны те или иные разговоры в кабинете Президента Кучмы.

Борис Штейнберг, журналист.
Для Интернет-газеты "Взгляд из Одессы".

    powered by CACKLE