Одесский музей Западного и Восточного искусства: помочь могут элементы шоу

 - Нет ли в последнее время со стороны руководства музея некоторого нагнетания элементов шоу? Или в современных условиях без этого не обойтись? Об этом корреспондент "Взгляда их Одессы" спросил 

у директора Одесского музея Западного и Восточного искусства Владимира Островского и заместителя директора по научной работе Людмилы Сауленко. И - получил утвердительный ответ.

Правда, нужно учитывать, что началось всё с обстоятельств весьма печальных, когда в конце августа 2008 года из музея была похищена картина Караваджо "Поцелуй Иуды, или Взятие Христа под стражу". Как, кстати, движется следствие?

Владимир Островский:

- С марта 2009 года по каким-то причинам был заменен следователь Приморского райотдела. Ни одного движения не прослеживается. Несколько раз руководству музея удавалось дозвониться до новой следовательницы. Но - в ответ только "тайна следствия".

Девушка из Москвы, которая побывала в нашем музее два года назад, написала директору несколько недель назад, что на одном московском сайте "Продам картину" есть репродукция нашей картины "Взятие Христа под стражу", и написано, что картину продают на каком-то московском аукционе за 60 миллионов рублей, то есть примерно два миллиона долларов. Это смехотворно малая цена. Но вопрос: что продают - нашу картину или копию? Я через пару минут сообщил об этом представителям Службы безопасности Украины. С тех пор прошло около трёх недель, но нам ничего не известно. Вообще, насколько я понимаю, похищенной картиной занимаются следователь Приморского райотдела милиции и куратор СБУ.

Сейчас у нас одна из лучших систем сигнализации в Украине. Во-первых, она новая, установлена очень правильно. Потому что выясняется, что очень важно правильно установить сигнализацию. Прошлая сигнализация была установлена "аби як". Она работала, но неправильно. Сейчас сигнализация работает на нескольких уровнях. Срабатывает, например, на слишком громкий шаг в зале. Чуть приоткрылась форточка - срабатывает. Если вы шевельнулись со скоростью хотя бы три километра в час - срабатывает. Это первый рубеж. Второй рубеж - впервые появились специальные решётки на окнах - калёная "десятка", хорошо сваренная. И, наконец, целая система видеокамер, позволяющая постоянно видеть весь интерьер залов. В мире есть и лазерные технологии защиты, но на сегодняшний день для нас этого достаточно. Если бы такая защита была "во времена Караваджо", ничего бы не произошло.

В просветительских планах музея - издание копии картины Караваджо и других картин высокого качества. В кабинете директора висит очень неплохая фотокопия Караваджо на ткани. Будет сделана целая серия таких фотокопий на полотне высокого качества. К ним будет прилагаться специальный сертификат. Заказать можно будет любой из хранящихся шедевров. Сделать можно будет только пятьдесят копий одной картины, об этом сказано в специальном соглашении с покупателем.

Музей не имеет права на протяжении пятидесяти лет сделать ни одной копии свыше пятидесяти. Каждая копия имеет сертификат с соответствующим номером. Там будет сказано, что этот человек внёс в сокровищницу музея добровольное пожертвование. Ясно, что человек не будет платить за картину её себестоимость - 150 гривен. Он будет платить столько, сколько захочет. Захочет заплатить двести долларов - мы поблагодарим. Захочет заплатить пятьсот - мы ему поклонимся. Эта акция придумана, чтобы каким-то образом разрешить сложные финансовые проблемы музея. На протяжении последних пяти месяцев музей не получил ни одной копейки от государства на продолжение ремонта. Ремонт фактически замер. По плану завершение ремонта планировалось в 2012 году. Теперь это - под очень большим вопросом. Правда, последний советский ремонт длился тоже очень долго - одиннадцать лет.

Мы в современном мире, если хотим быть, то должны учитывать, что мир наполнен технологиями, наполнен масс-медиа, мы обречены на то, чтобы учитывать эти факторы.
В богатом мире музеи реально живут за счёт спонсорских пополнений, которые идут постоянно. Но этого бы не было, если бы не этот, как вы говорите, "элемент шоу". В Минниаполисском художественном музее есть, например, человек, вся работа которого сводится к тому, что он целыми днями говорит по телефону, рассказывает всем потенциальным спонсорам, какой это шикарный музей, и приглашает к себе. Я мечтаю установить через каждые два зала оборудование, чтобы любой посетитель мог ткнуть пальчиком в экран, и ему рассказали бы о художнике, о картине. И это великолепно. Да, это элемент шоу. А почему мы должны этого бояться?

Я мечтаю о том, чтобы 18 мая мы устроили у нас в музее "Ночь в музее". И это будет шоу. Оно принесёт нам деньги. Чем более прикладного характера музей, тем легче сделать такую "Ночь в музее". Например, в Киево-Печерской лавре есть великолепный музей драгоценностей Украины. Они регулярно раз в месяц устраивают "Ночь в музее". Они берут копии драгоценностей, одежд скифских воинов, наряжают пришедших людей, устраивают им прогулку по музею в таком костюмированном варианте. И это безумно нравится посетителям.

Что может сделать в этом плане Музей Западного и Восточного искусства? У нас есть, к примеру, картина Питера Пауля Рубенса "Пьяный Геркулес". Могучий Гркулес ползёт, поддерживаемый сатирами и сатирессой. Возникла идея: о чём говорят картины нашего музея ночью? Они "сойдут" с полотен. Войдёт грузный Геркулес (надеюсь, будет не слишком пьян). Он будет встречать посетителей. Музей уже "наполовину" договорился с пожарниками, будут специальные посты: потому что будут гореть свечи. Не будет электричества, которое банализирует ситуацию. У нас с картины сойдёт "Юноша в латах",сойдёт испанская королева, и они будут разыгрывать диалоги, в которые будут втягивать зрителя.

Своеобразной репетицией к этому будет выставка, которая откроется 29 марта. Она так и называется: "Репетиция карнавала". Мы попытаемся восстановить карнавальную культуру. Внизу зрителя встретят веницианские маски, венецианские костюмеры из Одесского театрально-художественного училища. Они будут одевать, наряжать пришедших. Зрители увидят живопись карнавального характера. Это будет попытка, репетиция карнавала.

Такого рода шоу очень важны как импульс для научной работы, для исследований. Когда картина становится популярной, сведения о ней появляются всюду. Резонанс жизни культурного учреждения помогает этому учреждению выживать. Если о нас забудут, то нас закроют.

Борис Штейнберг, журналист.
Для Интернет-газеты "Взгляд из Одессы"

    powered by CACKLE